Святая воительница и хлыст-кошка — первый взгляд на Castlevania: Belmont’s Curse

Разработчики из Evil Empire рассказали, как они адаптируют франшизу под стандарты современных «метроидваний» и отдают дань уважения легендарному наследию Konami.

С тех пор как в 2014 году вышла последняя часть франшизы (Castlevania: Lords of Shadow 2), спящая серия от Konami неожиданно породила целый культовый жанр. Целое поколение геймеров выросло на «метроидваниях» (слово-гибрид, образованное от Metroid и Castlevania), но при этом миллионы игроков видели лишь проекты, вдохновленные классикой, но не саму ее прародительницу. Теперь, с выходом Belmont’s Curse («Проклятие Бельмонтов») в октябре этого года, серия наконец-то триумфально возвращается на консоли, где Konami надеется вернуть себе корону королевы сайд-скроллеров.

Действие игры разворачивается в 1499 году — через 23 года после событий легендарной Castlevania 3: Dracula’s Curse (в этом же таймлайне происходит действие хитового анимационного сериала от Netflix). Belmont’s Curse отказывается от былых трехмерных амбиций серии и возвращает Бельмонтов к истокам. Игрокам предстоит примерить поношенные сапоги Роуз Бельмонт — дочери Тревора Бельмонта, — которая отправляется на наводненные демонами улицы средневекового Парижа. Местный епископ умоляет прославленный клан избавить город от терзающего его древнего зла, и Роуз с двуручным мечом наперевес спускается в парижскую канализацию. Так начинается ее кровавое приключение.

Как и в случае с прошлогодним анонсом Silent Hill f, Konami снова объединилась со сторонней студией, чтобы вдохнуть жизнь в своего «спящего гиганта».

— Когда мы только начинали работу, я чувствовал колоссальное давление, ведь на играх этой серии я буквально вырос, — признается Цутому Танигучи, продюсер проекта со стороны Konami. — В этой франшизе полно шедевров, так что вызов был пугающим… Но когда ребята из Evil Empire постучались к нам с предложением сделать кроссовер-DLC Castlevania для Dead Cells, я понял: это идеальный момент!

Так «труп» великой Castlevania был успешно реанимирован с помощью старого доброго «холодного» письма по электронной почте. И, как и следовало ожидать от создателей Dead Cells, управление Роуз с первых секунд ощущается невероятно отзывчивым и приятным. Ее хлыст стал по-настоящему многофункциональным инструментом: с его помощью можно не только цепляться за выступы и раскачиваться под потолком, но и притягивать себя к врагам, чтобы нанести сокрушительный удар в прыжке. Это чертовски приятное переосмысление классического оружия, которое дарит Роуз потрясающую динамику: вы буквально летите сквозь мрачные подземелья Парижа, чередуя подкаты, прыжки и удары.

— Нам потребовалось много времени, чтобы нащупать идеальный баланс между ностальгией и инновациями, — рассказывает Беренжер Дюпре, директор по маркетингу Evil Empire. — И доведение хлыста до ума было ключевой задачей. Поскольку наша команда состоит не только из «старых пердунов» вроде меня, заставших классические части, но и из молодого поколения разработчиков, выросших на современных метроидваниях, нам удалось соблюсти баланс: игра ощущается свежо, по самым современным стандартам жанра, но при этом в ней безошибочно узнается та самая Castlevania.

Лихо нарезая летучих мышей и скелетов направо и налево, я быстро преисполнился уверенности в собственных силах — ровно до тех пор, пока первый же встреченный босс не размазал меня по стенке. Но если в других играх подобные поражения вызывают лишь глухое раздражение, в Belmont’s Curse процесс прокачки сделан интуитивным и увлекательным. За убийство рядовых монстров вы получаете очки опыта (XP), а каждый новый уровень повышает ваши показатели атаки и защиты. Это значит, что пока вы бежите обратно к боссу, зачищая локацию, ваши характеристики растут, превращая гринд в приятное и полезное приключение перед очередной попыткой.

Благодаря этому решению Belmont’s Curse ощущается куда более дружелюбной к игроку, чем хардкорные Souls-лайки или другие сложные метроидвании. После смерти вы теряете только время… ну и немного чувства собственного достоинства. Поверженные боссы запечатываются в колоду таро Роуз, превращаясь в мощные заклинания арканов, которые можно использовать в бою. У каждого аркана есть свои мини-испытания для прокачки: например, убив 20 врагов заклинанием «Проклятое пламя», я превратил свой скромный файербол в бушующий огненный вихрь, отбрасывающий противников назад.

Победив мифическое чудовище в глубинах парижских катакомб, я выбрался на крыши города, где меня ждал невероятный сюрприз: вторым боссом игры оказалась сама Жанна д’Арк!

— Когда мы решили перенести действие в Париж, нам было критически важно добавить в игру яркие исторические элементы… В итоге мы создали эдакую «сегун-аниме» версию Жанны д’Арк, — смеется Эммануэль Нуайе, креативный директор Evil Empire. — Мы, как французы, возможно, из национальной гордости, просто подкинули эту идею, а Konami восприняла ее со всей серьезностью! Они превратили Жанну д’Арк — святую для Франции фигуру — в невероятно крутого воина в стиле сёнэн-манги. Мы, французы, никогда бы не осмелились на такое святотатство, но в Японии к этому относятся проще: для них она просто яркий персонаж, так что они оторвались по полной! Выглядит это безумно смешно.

В сочетании с классическими боссами серии — Медузой Горгоной и самой Смертью — появление реальной исторической фигуры в этом мифическом бестиарии выглядит очень свежо. Впрочем, Castlevania всегда была японским любовным посланием европейскому готическому хоррору: дикой смесью романов Мэри Шелли и пафосной аниме-драмы.

«Работать с французской командой безумно весело, — отмечает Танигучи. — Для нас было вызовом придумать, как осовременить франшизу, которой уже почти 40 лет. Но поскольку Castlevania изначально родилась из нашей любви к европейской культуре, доверить разработку французской студии и усилить эти готические нотки казалось самым правильным решением».

— На самом деле французы — те еще гики по части японской культуры, — добавляет Дюпре. — Мы все выросли на аниме, так что, несмотря на разницу менталитетов, мы чувствуем себя очень близкими к Японии.

Приятно удивило и то, что в ураганный экшен разработчики вплели элементы головоломок. Текстовые загадки, расшифровка рисунков на картах — поиск пути к следующему боссу или секретной комнате заставляет приятно пошевелить мозгами. Пройденная мной демоверсия оставила ощущение великолепного, затягивающего перезапуска. Но когда я снял наушники, авторы поспешили заверить меня, что этот парижский пролог — лишь верхушка демонического айсберга.

— После этого вступления игра становится гораздо шире и сложнее, — интригует Нуайе. — Враги, территории — изменится абсолютно все. Правила игры станут другими, а опасность — куда более осязаемой. И поверьте, хозяин этого места чертовски опасен. Большего сказать не могу, но мне не терпится увидеть реакцию игроков.

Выход Castlevania: Belmont’s Curse запланирован на 15 октября.

По игровой терминологии:

• Метроидвания (metroidvania) — жанр видеоигр, сочетающий элементы платформера и исследования взаимосвязанного игрового мира с постепенным открытием новых способностей персонажа; название образовано слиянием игр Metroid и Castlevania — двух франшиз, заложивших основы жанра.
• Сайд-скроллер (side-scroller) — жанр видеоигр с двухмерным горизонтальным перемещением персонажа по экрану; классический формат ранних игр серии Castlevania.
• Souls-like (souls-like/soulslike) — поджанр видеоигр, вдохновлённый серией Dark Souls, характеризующийся высокой сложностью, суровой системой смерти и тщательно продуманным, требующим терпения игровым процессом; устоявшийся в русскоязычном игровом сообществе англицизм.
• Гринд (grind/grinding) — игровой термин, обозначающий многократное повторение однотипных действий (обычно убийство рядовых противников) для получения опыта или ресурсов; уже давно и прочно вошёл в русский игровой жаргон.
• Арканы (arcana) — в данном случае авторский игровой термин, обозначающий особые заклинания, получаемые от побеждённых боссов и связанные с картами таро; я сохранила транслитерацию термина, отражающую его связь с таро-тематикой (arcana — латинское слово, означающее «тайны», используется также в названии карт таро — «старшие арканы»).
• Шонэн (shonen/shōnen) — категория японской манги и аниме, ориентированная в первую очередь на подростковую мужскую аудиторию, для которой характерны динамичный экшен, темы дружбы, соперничества и постепенного роста силы персонажей (классические примеры — «Наруто», «Ван-Пис», «Бляч»).

По историческому и культурному контексту:

• Жанна д’Арк (Joan of Arc) — национальная героиня Франции, католическая святая, возглавившая французские войска в Столетней войне против Англии в XV веке; в игре её образ переосмыслен в духе японской аниме-эстетики, что, по признанию самих разработчиков, стало возможным именно благодаря взгляду со стороны японской команды, воспринимающей историческую фигуру как персонажа поп-культуры без привычного для французов пиетета.
• Мэри Шелли (Mary Shelley) — английская писательница, автор романа «Франкенштейн, или Современный Прометей» (1818), одного из основополагающих произведений жанра готического романа и научной фантастики; упоминание её имени подчёркивает многолетнюю связь серии Castlevania с классической европейской готической литературой (франшиза также активно использует образы Дракулы, оборотней и других классических монстров европейского фольклора).
• Тревор Бельмонт и семья Бельмонтов — центральная династия охотников на вампиров во вселенной Castlevania, традиционно сражающаяся с Дракулой и другими порождениями тьмы на протяжении многих поколений.

По компаниям и продуктам:

• Konami — японская компания-разработчик и издатель видеоигр, создатель оригинальной серии Castlevania, а также других известных франшиз (Metal Gear, Silent Hill).
• Evil Empire — французская студия-разработчик, ранее известная своей работой над дополнениями и портированием игры Dead Cells; в данном случае выступает основным разработчиком новой части Castlevania по заказу Konami.
• Dead Cells — популярная инди-игра в жанре rogue-lite/метроидвания, разработанная студией Motion Twin при участии Evil Empire; упоминается как источник наработок по боевой системе, использованных при создании «Belmont’s Curse».