Внизу — на улице, на тротуаре, перед магазином — стояли люди. Мужчины. В коричневом. В чёрном. С факелами, хотя света от факелов не было видно — был день, был свет, был ноябрь, — факелы были лишними, как лишним бывает крик, когда бьют молча. Они били витрины. Ломали двери. Таскали мебель на тротуар и поджигали. Хельга стояла у окна. В моём синем платье. В моём белом воротнике. И смотрела
