Он появился из ниоткуда, прочертив в воздухе короткую, стремительную дугу, и упал прямо ему на колени — белый, лёгкий, как снежинка из другого времени. От него пахло не цветком, а чем-то запретным: духами, нагретой кожей и той самой корицей, которой пахнут булочные в октябре. Белая астра, похожая на маленькую звезду с десятками тонких лучей. Он не видел, кто бросил. Нет — видел
