Там лежала ящерица. Маленький, древний дракон, словно вылитый из малахитовой крошки и жидкой потемневшей бронзы. Её изумрудные крапинки тускло поблёскивали в умирающих лучах. Она лежала абсолютно неподвижно, распластав пёстрое брюшко по шершавому валуну, и жадно, доверчиво пила уходящее солнце — всей своей чешуёй, каждой клеткой своего маленького тела
