Тепло — не всегда на пользу: у хвойных лесов нашли «точку перегрева»
Ученые нашли предел, после которого потепление приведет к снижению темпов годичного прироста хвойных деревьев, а не к его ускорению. После определенной среднегодовой температуры выигрыш от более длинного вегетационного сезона нивелирует недостаток воды. Результаты исследования опубликованы в журнале Science.
О глобальном потеплении ученые говорят не первый десяток лет. Сегодня оно уже перестало быть прогнозом и стало фиксируемым трендом. При этом потепление удлиняет вегетационный период — время, когда растения активно растут. Чем теплее, тем раньше начинается и позже заканчивается вегетационный сезон. С одной стороны, более долгий сезон благоприятен для роста деревьев: он сулит больший прирост древесины, а значит, и больший объем углерода, который лес может запасти. Однако у потепления есть обратная сторона — засуха. И как поведут себя леса в новых условиях, когда времени для роста кольца становится потенциально больше, а количество воды не увеличивается или даже уменьшается, неясно.
Чтобы это выяснить, международный коллектив исследователей при участии ученых Красноярского научного центра СО РАН проанализировал данные о сезонном росте деревьев на более чем ста участках на четырех континентах: от бореальных лесов Сибири и Канады до средиземноморских и полузасушливых экосистем. Ученые наблюдали за ксилогенезом — процессом формирования клеток древесины. Они сопоставили скорость и продолжительность формирования древесины у 27 видов хвойных деревьев с климатическими условиями.
Специалисты выяснили, что удлинение вегетационного периода из-за потепления не гарантирует более интенсивного роста деревьев. Годовой прирост клеток древесины в первую очередь определяется скоростью роста, а не длительностью сезона. Эта скорость увеличивается с ростом температуры лишь до определенного предела. Она достигает максимума при многолетней среднегодовой температуре от около 6 до примерно 10°C в зависимости от влагообеспеченности территории. При этом в ряде регионов мира этот порог уже пройден.
Выше указанного температурного порога выигрыш от более длинного сезона нивелируется нарастающей сухостью. Чем теплее, тем сильнее испарение и выше уровень транспирации, и тем быстрее почва теряет влагу. В результате даже при более длинном сезоне, но недостатке воды, хвойные деревья могут переходить в стадию замедления роста, и итоговый прирост падает. Это позволяет предположить, что потепление может привести к снижению прироста древесины, несмотря на более длительный вегетационный сезон.
«В холодных бореальных лесах, где температуры пока далеки от пороговых значений, потепление действительно может давать положительный эффект. Сезон будет длиннее, и скорость роста выше. То есть, в бореальных лесах положительная чувствительность сезонной скорости роста к температуре может еще больше усилить преимущества увеличения продолжительности вегетационного периода. Однако в умеренных и сезонно засушливых лесах увеличение дефицита влаги может привести к снижению темпов производства клеток древесины в жаркий летний период с небольшим количеством осадков, тем самым смещая рост на менее продуктивные периоды сезона и приводя к снижению общего прироста, несмотря на более продолжительный вегетационный период. По мере дальнейшего прогрева даже южные регионы бореальных лесов рискуют приблизиться к точке, после которой засуха начнет перевешивать преимущества теплого сезона. В более теплых и сезонно-сухих регионах, таких как низкогорье и равнины Средиземноморья, этот механизм уже сейчас позволяет объяснить наблюдаемое снижение прироста хвойных.
Полученный результат, к тому же, затрагивает один из ключевых вопросов климатической повестки: останутся ли леса надежным поглотителем углерода по мере дальнейшего потепления. Если скорость формирования древесины падает, способность лесов связывать атмосферный углекислый газ тоже снижается. Поэтому при прогнозировании углеродного баланса нужно смотреть не только на длину сезона, но и на то, как распределяется рост внутри него и насколько он зависит от доступности воды», — отмечает Александр Кирдянов, доктор биологических наук, главный научный сотрудник Института леса им. В.Н. Сукачева СО РАН.
Работа российской группы выполнена при поддержке Министерства науки и высшего образования РФ.
Источник: Красноярский научный центр СО РАН
Изображение: разработано Мagnific.