Ник Нолти, дробь и обиженные мужики: новый готический балаган «Компания» от Кейси Аффлека

На Венецианском кинофестивале показали третью режиссерскую работу Аффлека-младшего — упоительный готический альманах о зловещих незнакомцах, кровавой резне и — сюрприз! — «несправедливо обиженных» мужчинах.

Подсаживайтесь поближе к мерцающему экрану, детишки: дядя Кейси Аффлек приготовил для вас порцию забористых баек из склепа. Здесь есть абсолютно всё, за что мы любим провинциальный лубок: дурные приметы, кровища и полный паноптикум человеческих чудачеств на любой вкус. Старый отшельник в покосившейся хибаре? Пожалуйста. Нечто жуткое, шевелящееся в темном сарае? Заверните два.

Если вам зашла первая сказочка — не переключайтесь и подсыпайте попкорн, потому что следом за ней тут же выкатывается вторая, третья и четвертая. Каждая вспыхивает от углей предыдущей и разыгрывается с тем же нарочитым, подчеркнуто театральным пафосом. Фильм Аффлека петляет и бродит по закоулкам времени, словно передача «В гостях у сказки», если бы ее вели реднеки под мухоморами.

По правде говоря, в «Компании» (Company) — третьем режиссерском опыте оскароносного Кейси — есть чем искренне насладиться. Даже с поправкой на то, что большинство здешних странностей выглядит как магазинная бутафория из отдела «Готика на Хэллоуин»: уж слишком всё это причесано и нарочито эксцентрично.

Стартует аттракцион по проверенной веками схеме: темной морозной ночью на пороге одинокого дома нарисовался таинственный незнакомец. Гость чинно садится у огня и начинает плести небылицы — и в этот момент промозглый декабрь 1975-го плавно плавится, оборачиваясь 1953 годом, затем 1903-м, пока фильм и вовсе не уносит через океан в средневековую Европу на излете бубонной чумы. В одной новелле Ник Нолти хрипит в образе лесного затворника, тоскующего по сгинувшей дочери; в другой — Бен Мендельсон дает фирменного желчного фермера, у которого палец сам собой прилипает к спусковому крючку револьвера. Судьба обоих джентльменов, как несложно догадаться, будет мокрой, недолгой и предельно кровавой.

Куда же ведет эта сказка про белого бычка, в которой женщина пересказывает историю другой женщины? Разумеется, прямо в чащу леса сквозь могильную тьму. Впрочем, центральная новелла альманаха, разворачивающаяся в Скалистых горах на рубеже XIX и XX веков, хотя бы выдает нам тусклый фонарик, чтобы не переломать ноги.

Здесь Аделаида Клеменс и Скут Макнэри играют Ребекку и Эмметта — суровую фермерскую чету с обветренными лицами, нашедшую в сугробах полуживого пацана по имени Калеб. Играет юношу Аттикус Аффлек (младший отпрыск самого режиссера, ведь какое инди-кино без семейного подряда?). Надо отдать парню должное: он выдает на экране такую волчью, угловатую неловкость, которая по мере развития сюжета становится все более гипнотической. Калеб доверительно сообщает приемной матушке, что вообще-то он куда старше, чем кажется, помотался по свету и бывал аж в Аргентине и Лондоне.

Когда по округе начинает ползти череда чудовищных потрошений, а подозрение падает на найденыша, Калеб даже не думает развеивать страхи хозяйки. «Весь наш мир — это просто высокая трава, — философски роняет паренек с недобрым прищуром. — И вы даже не представляете, какие твари ползают у вас под ногами».

Сценарий Аффлек состряпал на пару с писателем Роном Хансеном — автором исторического романа «Как трусливый Роберт Форд убил Джесси Джеймса» (великолепно экранизированного Эндрю Домиником в 2007 году). В той картине сам Кейси блистал в образе Форда — сопливого завистливого омежки с влажными мечтами о славе, который сам не понимал, чего хочет сильнее: переспать со своим кумиром или пустить ему пулю в затылок. Пугающая двусмысленность того персонажа перекочевала и в Калеба: парень обосновался на чужой ферме и явно не спешит паковать чемоданы. Кто он? Очередной бродяжка-социопат с богатой фантазией? Или древний лесной демон, принесенный метелью прямиком из преисподней?

Что касается самого Кейси Аффлека, то со времен «Джесси Джеймса» его карьера напоминала американские горки: триумфальный актерский «Оскар» за «Манчестер у моря», пара выходов на втором плане (вроде офицера разведки у Нолана в «Оппенгеймере») — и сокрушительный удар по репутации из-за обвинений в сексуальных домогательствах (благополучно замятых во внесудебном порядке с выплатой отступных).

И какая восхитительная, абсолютно «случайная» ирония кроется в том, что авторский магнум опус Аффлека то и дело пробивает на слезливую жалость к себе любимому! В кадре регулярно всплывает тема «несправедливо обиженных мужчин, которым никто не поверил». Жену отшельника загубил криворукий доктор, не понесший наказания; отца Эмметта хладнокровно пристрелил богатый помещик со связями в верхах; закон — фикция, а честных, ни в чем не повинных парней вышвыривают на обочину жизни! Эти обиженные авторские ремарки звучат настолько прозрачной мольбой о собственной реабилитации, что впору неловко отвести глаза. К сюжету они не пришивают ровным счетом ничего полезного — ножницам монтажера здесь было где разгуляться.

Впрочем, «Компания» выигрывает в те моменты, когда отбрасывает рефлексию, возвращается к уютному костерку и начинает честно отрабатывать каноны доброй старой американской готики. Аффлек искренне и пылко влюблен в этот мрачный трэш-жанр, играет в него со звериной серьезностью, и этот мальчишеский энтузиазм невольно подкупает.

Да, это кино — не великое художественное высказывание, а чистой воды ярмарочный балаган. Сюжетные концы здесь то и дело трещат по швам и отказываются сходиться. Но на вкус это блюдо — отменная, сочная лесная дичь, в которой на каждом укусе аппетитно хрустит свинцовая дробь.

Мораль сей басни проста: не суйтесь в лес после заката. А если прямо перед ужином в вашу дверь вежливо поскребется таинственный незнакомец — сделайте вид, что дома никого нет, и трижды проверьте засовы.

Примечания:

• Что такое «Jackanory»? Культовая детская передача британского телевидения (выходила на BBC с 1965 по 1996 год), где приглашенные знаменитости читали сказки вслух в уютных декорациях. Сравнение язвительно: Аффлек взял формат невинного «чтения сказок на ночь» и превратил его в деревенский снафф с кровью и топорами.
• Семейный подряд: Аттикус Аффлек: 18-летний сын Кейси Аффлека и Саммер Феникс (родной сестры Хоакина Феникса). Парень буквально родился в актерской аристократии инди-кино. Его дебют в «Компании» получился фактурным: внешность «милого мальчика с повадками маньяка» идеально легла на готическую эстетику.
• Кейси Аффлек и культура отмены: В 2010 году во время съемок псевдодокументального фильма «Я все еще здесь» две женщины из группы обвинили режиссера Аффлека в харассменте и неподобающем поведении. Кейси выплатил компенсации в досудебном порядке. Однако на волне движения #MeToo в 2018 году актеру пришлось отказаться от традиционного вручения «Оскара» лучшей актрисе. Вполне справедливо глумится над тем, как режиссер в своем новом фильме сублимирует образ «невинно оболганного мужчины».
• Рон Хансен и традиция вестерна: Писатель Рон Хансен специализируется на деконструкции американского фольклора. Его сотрудничество с Аффлеком добавляет даже самым бульварным хоррор-историям вес литературного южноготического палпа (коммерческая литература, ориентированная на массового невзыскательного читателя, сформированная низкопробными журналами) в духе Фланнери О’Коннор или Кормака Маккарти.

Рекомендации:

• «Баллада Бастера Скраггса» братьев Коэн — куда остроумнее и злее антология в похожем духе.
• «Убийство Джесси Джеймса…» Эндрю Доминика — чтобы понять, откуда у Аффлека любовь к медленным, мрачным ковбойским историям.
• Классика готики: «Ведьма» Эггерса или старый «Кэрри» — если хочется настоящей жути, а не театральной.
• Для чистого развлечения: любые « Creepshow» или современные антологии вроде «Кабинета редкостей Гильермо дель Торо».

Вердикт:

Фильм получился ровно тем, чем и должен быть: красивым, слегка претенциозным развлечением. Не шедевр и не провал. Просто вечер страшилок для взрослых, которые делают вид, что смотрят серьёзное кино. Если любите такие вещи — берите плед и не думайте слишком сильно.