«День раскрытия» — Стивен Спилберг скрещивает параноидальный триллер с инопланетной конспирологией в своем новом шедевре

Люди тайно издевались над пришельцами почти 80 лет…

Об этом рассказывает новый масштабный и проникновенный триллер, где Джош О’Коннор играет отчаянного разоблачителя, а Эмили Блант блистает в роли ведущей прогноза погоды, внезапно открывшей в себе канал связи с НЛО.

На первый взгляд, виртуозно снятый новый фильм Стивена Спилберга «День раскрытия» (Disclosure Day) проще всего классифицировать как параноидальный триллер в духе 1970-х. Он заставляет вспомнить такие картины, как «Три дня Кондора» с Робертом Редфордом или «Заговор «Параллакс»», где ползучая паранойя из-за теневых правительственных игр постепенно пожирает жизни главных героев. Почти два с половиной часа лента держит именно в таком напряжении. Кажется, старая школа вновь задает тренды, а режиссер решил вспомнить молодость и выдать масштабный фильм-погоню — эдакий гибрид своих ранних хитов «Дуэль» и «Шугарлендский экспресс», щедро приправленный саспенсом в духе хичкоковского «К северу через северо-запад» и нолановского «Начала». Фильм получился в равной степени жизнерадостно-озорным и смертельно серьезным.

Но ведь это Спилберг — творец, мыслящий глобально. Спустя полвека после того, как он поразил мир «Близкими контактами третьей степени» и «Инопланетянином» (E.T.), он всё еще задается вопросами об устройстве Вселенной. В тех ранних фильмах он использовал магию звездного неба, чтобы подарить нам надежду на то, что мы не одни. В «Дне раскрытия» он снял первоклассный экшен с куда более глубокой целью. В эпоху тотальной дезинформации он требует ответов на самые экзистенциальные вопросы. Это, пожалуй, самое духовно сильное высказывание в непревзойденной карьере режиссера — призыв задуматься о том, кто еще есть там, во тьме космоса, и, что важнее, почему они здесь.

Анатомия заговора

Только Спилбергу могло сойти с рук взять две самые заезженные конспирологические байки в мире — Розуэлльский инцидент и круги на полях — и отнестись к ним с таким пугающе-невозмутимым уважением. Искренний идеалист Спилберг просит нас поверить: если главная правда выплывет наружу, человечество будет в первую очередь шокировано тем, как жестоко спецслужбы препарировали и мучили захваченных инопланетян на протяжении 80 лет (хотя, будем честны, в реальности это вряд ли стало бы нашей главной проблемой).

Действие разворачивается на фоне мира, стоящего на пороге глубочайшего кризиса — самой страшной угрозы ядерного уничтожения со времен Карибского кризиса 1962 года. Это напряжение передается через обрывки теленовостей, фоном звучащих в кадре. Но главное событие фильма — это гонка со временем, цель которой — раскрыть планете тайну, масштабы которой затмевают даже угрозу ядерного апокалипсиса.

«День раскрытия» — это захватывающий дух аттракцион, где зритель до самого конца остается в таком же неведении, как и герои. Сюжет вращается вокруг двух параллельных линий, которые неминуемо должны пересечься.

Беглецы и контактеры

С одной стороны, у нас есть доктор Дэниэл Келлнер (Джош О’Коннор, играющий с мученической решимостью) — гениальный эксперт по кибербезопасности, работающий на зловещую корпорацию Wandex. Десятилетиями эта структура консультировала правительство США по вопросам контактов с «неземными гостями» и скрывала правду о неопознанных аномальных явлениях (UAP). Келлнер, отсидевший срок за хакерство, оказался для них бесценным кадром, но чаша его терпения переполнилась. Увидев данные, способные перевернуть мироздание, он крадет физические улики (тот самый мистический «макгаффин») и пускается в бега.

Вместе со своей девушкой Джейн (Ив Хьюсон) — бывшей послушницей, которая пытается примирить утраченную веру с шокирующей правдой об инопланетянах, — Келлнер скрывается от агентов корпорации. По пятам за ними идет глава Wandex Ноа Сканлон (Колин Ферт), носящий безупречно скроенные костюмы и скрывающий за сжатыми челюстями ледяную ярость. Сканлон — злодей сложный: с помощью аппарата под названием «Устройство» он способен психически вторгаться в разум своих жертв. Как и многие реальные политики, он искренне верит, что защищает мир, скрывая правду, и не остановится ни перед чем.

С другой стороны — Маргарет Фэрчайлд (Эмили Блант), ведущая прогноза погоды из Канзас-Сити. Блант выдает здесь феноменальную, гиперактивную и по-настоящему звездную игру, доказывая, что вполне может стать «женской версией Тома Хэнкса». Жизнь ее героини переворачивается, когда в окно квартиры залетает красный кардинал. Эта птица становится триггером: внезапно Маргарет обретает джедайские способности. Сама того не понимая, она начинает бегло говорить по-русски и по-корейски со своим ничего не понимающим парнем Джексоном (забавный Уайатт Рассел), читает мысли остановившего ее патрульного, а в прямом эфире вдруг впадает в транс и издает щелкающие звуки — словно дельфин Флиппер, передающий тревожные вести с Марса.

Обе сюжетные линии виртуозно переплетаются. Героям помогает Хьюго Уэйкфилд (Колман Доминго) — бывший босс Келлнера и такой же информатор-перебежчик. Координируя побег по телефону, он параллельно строит нечто вроде оккультной сцены (эпизоды, отсылающие к сюрреализму современных инди-хорроров). В конце концов пути Дэниэла и Маргарет сходятся в пугающем, но прекрасном откровении. Это момент капитуляции перед неизведанным, возврат в высшее, почти детское состояние эмпатии и связи с существами, для которых сострадание важнее всего.

Вердикт

Как и всегда у Спилберга, техническое исполнение безупречно. Резкая, контрастная операторская работа Януша Камински, пульсирующий монтаж Сары Брошар, идеальный саундтрек великого Джона Уильямса и потрясающий продакшен-дизайн Адама Стокхаузена (особенно великолепна сцена в телевизионной аппаратной ближе к финалу) создают магию кино. А сцена автомобильной погони, заканчивающаяся столкновением с мчащимся поездом, где Блант и О’Коннор из последних сил цепляются за жизнь, — это новый золотой стандарт экшена в фильмографии режиссера.

Но, как и в случае с ранними фильмами Спилберга, пришелец (или акула) пугает сильнее всего, пока остается невидимым. Когда нам показывают всё в открытую, возникает риск неуместного пафоса.

Тем не менее, фильм, написанный Дэвидом Кеппом по оригинальной идее Спилберга — это первоклассное развлечение и срочный призыв к человечеству. Отрадно видеть, как так называемый летний блокбастер (жанр, который Спилберг когда-то изобрел своими «Челюстями») способен говорить о столь важных вещах. «День раскрытия» бьет в набат, напоминая, что дезинформация — это раковая опухоль на теле нашего общества. Правда спасет нас всех, если нам только позволят ее услышать. И самое радостное здесь то, что сам Спилберг не утратил ни своего фирменного чувства чуда, ни способности верить в высшее благо для мира, который, кажется, окончательно сбился с пути.

Отсылки:

• «Начало» (Inception) Кристофера Нолана: Упоминается в контексте «Устройства» злодея Сканлона, которое позволяет ему проникать в чужое сознание.
• Януш Камински, Джон Уильямс, Дэвид Кепп: Кепп писал Спилбергу «Парк Юрского периода» и «Войну миров». Камински — бессменный оператор Спилберга со времен «Списка Шиндлера». Уильямс — величайший кинокомпозитор («Звездные войны», «Индиана Джонс», «Гарри Поттер»).

К просмотру:

• «Близкие контакты третьего рода» (Close Encounters of the Third Kind, 1977) — обязательный «предшественник» «Дня раскрытия».
• «Три дня Кондора» (1975) и «Параллакс» (1974) — два эталона параноидального триллера семидесятых. Классика 70-х годов про обычных людей, которые случайно узнают правительственные тайны и за которыми начинается безжалостная охота.
• «Секретное досье» (The Post, 2017) и «Шпионский мост» (Bridge of Spies, 2015) — поздние Спилберг, где тема государственной тайны и журналистского/личного мужества уже была им заявлена.

К чтению:

• «Steven Spielberg: A Life in Films» (Molly Haskell, Yale University Press) — лучшая биография Спилберга для понимания его творческой эволюции от «Дуэли» до «Фейблманов».
• «The Paranoid Style in American Cinema» (Tim Lucas) — о традиции параноидального кинематографа в США, от «Маньчжурского кандидата» до наших дней.
• Публичные слушания Конгресса США по UAP (2023) — стенограммы доступны на сайте Конгресса; полезны для понимания реального контекста, в который помещён фильм.