Ольха и орешник процветали рядом с тундрой во времена мамонтов

Результаты исследования, поддержанного грантом Российского научного фонда (РНФ), опубликованы в журнале Forests.

Чтобы предсказать, как изменение климата может отразиться на современных экосистемах, ученые исследуют периоды колебания температур в прошлом. Один из них — позднеледниковье — эпоха, сменившая максимум последнего оледенения, который был 26,5–21 тысячу лет назад. В позднеледниковье таяли ледники и постепенно формировался современный ландшафт. Ранее считалось, что в то время на территории современной Прибалтики — Латвии, Литвы, Эстонии и Калининградской области России — произрастали только холодоустойчивые травы, кустарники и лишь несколько видов деревьев, например сосна и береза. Однако ученые регулярно находили на этой территории в позднеледниковых отложениях пыльцу более  теплолюбивых деревьев: липы, ольхи, лещины и других. Это объясняли «загрязнением древним материалом» — тем, что пыльца могла быть принесена из более ранних теплых межледниковых эпох.

Исследователи из Российского государственного педагогического университета имени А.И. Герцена (Санкт-Петербург) с коллегами детально изучили отложения древнего палеоводоема возрастом 13,9–12,5 тысяч лет (геологический разрез Куликово) на территории Калининградской области. Исследование и подсчет содержащейся в образцах грунта ископаемой пыльцы и спор позволили определить виды растений, произраставших на этой территории в позднеледниковье.

Оказалось, что пыльца «теплолюбивых» деревьев — лещины, ольхи, липы, дуба, вяза и граба — присутствовала во всех исследованных слоях, причем ее доля от общего числа обнаруженных пыльцевых зерен составила 7–17%. Более того, количество  пыльцы «теплолюбивых» деревьев оказалось сравнимо с данными из других районов Прибалтики — от Польши до Эстонии. Особенно интересным был тот факт, что в разных геологических разрезах Прибалтики распределение этой пыльцы в древних слоях показало общие закономерности и очень похожие тренды. По мнению авторов, наблюдаемую картину очень тяжело объяснить «загрязнением», при котором в каждом местонахождении количество «пыльцы-загрязнителя» было бы случайным.

Авторы статьи Алексей Бурко и Иван Сходнов проводят бурение и отбор проб на одном из исследованных палеоводоемов Калининградской области / © Ольга Дружинина

Ученые выдвинули гипотезу о том, что «теплолюбивые» виды входили в состав позднеледниковой растительности наряду с более холодостойкими, в частности, тундровыми и таежными растениями. Она хорошо коррелирует с новейшими палеоклиматическими реконструкциями, предполагающими, что в течение большей части позднеледниковья июльские температуры в Прибалтике были сопоставимы с современными средними температурами, которые колеблются от +16,5°C до +18°C.

Позднеледниковые озерные отложения — ценный источник информации о природных условиях, существовавших 14–12 тысяч лет назад / © Ольга Дружинина

«Наше исследование показало, что климатическая ситуация в позднеледниковье могла быть более сложной, чем предполагалось ранее: с существенными потеплениями и более мягкими летними условиями, чем принято считать. Это показывает сложность климатической системы нашей планеты и необходимость дальнейшего объективного изучения причин климатических изменений. Мы планируем продолжить исследование и провести детальные палеотемпературные реконструкции для юго-восточной Прибалтики с учетом обновленных данных по ископаемой пыльце. Нам предстоит также выяснить, каким было то многообразие локальных природных факторов, которое позволило растениям с различной климатической толерантностью сосуществовать в условиях позднеледниковья», — рассказывает руководитель проекта, поддержанного грантом РНФ, Ольга Дружинина, кандидат географических наук, научный сотрудник «Научно-исследовательской лаборатории рационального природопользования» РГПУ имени А.И. Герцена.

В исследовании принимали участие сотрудники Института географии РАН (Москва) и Научно-исследовательского центра «Прибалтийская археология» (Калининград).