От Кабула до персидских ковров: новый экшен-триллер «Сделка»

Картина Гая Моше пытается усидеть на двух стульях: быть брутальным армейским боевиком об ограблении и сложным шпионским триллером. Но из-за обилия сценарных твистов и раздутого хронометража фильм становится своим же злейшим врагом.

«Прямо как снова в Сайгоне», — угрюмо цедит сквозь зубы герой Лиама Нисона в самом начале экшен-триллера Гая Моше «Сделка» (The Fix). Его персонаж, престарелый куратор ЦРУ по имени Ларри, только что руководил операцией спецназа по эвакуации союзника в охваченном паникой Кабуле образца августа 2021 года. Разумеется, всё пошло прахом — как это обычно и бывает в таких фильмах. Жестокий, залитый свинцом и кровью открывающий получасовой акт — лишь первая из множества боевых сцен картины, которая изо всех сил метит в статус классического голливудского боевика, но то и дело спотыкается о собственную гигантоманию: перегибы здесь случаются как в буквальном, так и в переносном смысле. Неудивительно, что после такого провала бедняга Ларри мучается от изнурительных приступов мигрени.

Привет из 1979 года

Спустя несколько лет после афганского фиаско зритель застает команду отставных бойцов на самом дне социальной адаптации. Командир группы Такер (Закари Ливай) и его парни были со скандалом уволены из Управления за спасение людей в обход прямого приказа. Теперь они неприкаянно маются на «гражданке». Сам Такер считает себя «бракованным товаром» и годами избегает общения с бывшей женой и маленьким сыном.

Повод вновь собрать ветеранский отряд появляется случайно: застарелая мигрень старика Ларри стремительно прогрессировала в тяжелую стадию деменции, и в приступах угасания рассудка ветеран спецслужб начинает сыпать совершенно секретной информацией. В частности, он проговаривается о 25 миллионах долларов наличными, которые агенты ЦРУ спрятали в отеле «Тегеран» (к слову, «Отель «Тегеран»» — первоначальное и куда более удачное название фильма) еще в далеком 1979 году, в разгар Исламской революции и свержения шаха.

Озлобленный, разочарованный во всем Такер решает сорвать этот куш из прошлого. Чтобы узнать точное место тайника, он отправляется в Париж к бывшей любовнице Ларри — иранской осведомительнице ЦРУ. Та соглашается сдать координаты миллионов, но выставляет жесткое условие: Такер обязан проникнуть в Иран и вывезти из страны ее дочь Марьям (Лара Вольф), скрывающуюся от властей за подпольный активизм против Корпуса стражей исламской революции.

Ради внедрения в самое логово врага команда прибегает к конспирации: Такер выдает себя за новозеландского торговца коврами, приехавшего за товаром с молодой супругой. Роль фиктивной жены он поручает Заре (богоподобно органичная болливудская звезда Эльназ Норузи) — студентке иранского происхождения, найденной в США, которую он втемную втягивает в опаснейшую авантюру, скрыв истинную цель поездки.

Твист на твисте и клюква на балконе

Само собой, на месте всё летит ко всем чертям. Между Такером и Зарой вспыхивает предсказуемая романтическая искра, и девушка отказывается бросать героя даже тогда, когда тот пытается отослать ее ради ее же безопасности. В конце концов американцам приходится взять в заложники высокопоставленного иранского функционера Касима (Навид Негабан, звезда «Беглеца» с Джерардом Батлером), чтобы проникнуть в здание бывшего отеля, ставшего теперь закрытым правительственным военным объектом.

Однако, вскрыв тайник, наемники обнаруживают там лишь жалкую горстку купюр от ожидаемого богатства. Зато в руки им попадают фотопленки с негативами, проливающими свет на… Впрочем, раскрытие этой тайны было бы непростительным спойлером.

Режиссер Гай Моше, ранее снявший стилизованный комикс-боевик «Бунраку» (2010), в 1990-х сам служил в Армии обороны Израиля. Этот армейский бэкграунд чувствуется сразу: Моше превосходно умеет передавать хаос ближнего боя, тактику штурмовых групп и суровый, прожженный цинизм людей с оружием. Жесткий кабульский пролог, где Такеру приходится хладнокровно пристрелить захваченного талибами связного, снят и смонтирован с великолепной яростью. Локальные перестрелки и рукопашные схватки поставлены со знанием дела.

Но там, где режиссер силен в тактике, он напрочь проваливается в стратегии. Сценарий «Сделки» загроможден таким чудовищным количеством искусственных сюжетных твистов и двойных предательств (один только внезапный кульбит с героем Нисона заставит вас схватиться за голову), что ближе к середине фильма зритель попросту устает разводить руками: здесь едва ли не каждый второй персонаж оказывается тайным перебежчиком или предателем. Моше отчаянно не хватает чувства меры, из-за чего хронометраж картины раздувается до утомительных двух часов двадцати минут (142 минуты!), нагоняя на зал откровенную тоску.

Обманчивый постер и парадоксы кастинга

Главный совет перед просмотром: не ведитесь на рекламные постеры. На промо-материалах нахмуренное, исполинское лицо Лиама Нисона нависает над целящимся из автомата Закари Ливаем, обещая полноценный актерский дуэт двух поколений героев боевиков. На деле же ирландский ветеран (увы, окончательно застрявший в амплуа «пенсионерского экшена») появляется на экране суммарно минут на пятнадцать, отрабатывая камео в качестве живого макгаффина. Впрочем, даже в роли угасающего дементного ментора Нисон умудряется выжать максимум из своего монументального присутствия.

Куда больший сюрприз преподносит сам Закари Ливай. Актер, чья органика всегда ассоциировалась с дурашливыми, обаятельными остряками (сериал «Чак», супергеройский блокбастер «Шазам!»), здесь предстает накачанным, угрюмым и смертоносным псом войны. Ливай на удивление убедителен в этой брутальной шкуре: отличная физическая форма позволяет ему эффектно выглядеть в боевых сценах, а в финале он выдает честную и глубокую драматическую игру.

Остальной ансамбль выглядит довольно блекло (включая мимолетное появление Титуса Уэлливера в роли чинуши из Лэнгли), хотя звезда сериала «Время побеждать: Расцвет династии Лейкерс» Куинси Исайя вносит приятную искру харизмы в образ одного из напарников Такера.

Ястребиный оскал и грузинский колорит

Фильм снимался задолго до нынешней эскалации на Ближнем Востоке, из-за чего его политическая начинка сегодня отдает легким анахронизмом. Сценарий, открывающийся библейской цитатой, балансирует на грани яростного консервативного милитаризма, хотя и не скатывается в него окончательно. Иранская теократия показана предельно карикатурно, а критикуя внешнюю политику США, авторы подозрительно аккуратно целятся исключительно в президентов-демократов: Джимми Картера (сдавшего шахский Иран) и Джо Байдена (катастрофически выведшего войска из Кабула).

Финальный кадр картины и вовсе представляет собой диковинный гибрид семейной сентиментальности и оголтелого милитаризма: воссоединившись с отцом, маленький сын на коленях у спецназовца с восторгом просит: «Папа, а научи меня стрелять?».

С визуальной точки зрения фильм выглядит солидно: оператор Ларри Смит («С широко закрытыми глазами», «Только Бог простит») выжимает максимум из широкоэкранной оптики, превращая постсоветские пейзажи Грузии в поразительно аутентичный урбанистический Тегеран, хотя нарисованные на компьютере взрывы порой режут глаз своей бюджетностью.

Гай Моше продолжает метаться между крайностями: начав карьеру двадцать лет назад с пронзительной независимой драмы «Холли» о Камбодже, он ушел в бессмысленный стилистический визионерство («Бунраку»), затем попробовал себя в концептуальном сай-фае («LX 2048»), а теперь снял прямолинейный шпионский боевик. «Сделка» не попадает в яблочко и вряд ли встанет в один ряд с классикой жанра, но если вам нужен старомодный, крепко сколоченный мужской экшен на один вечер — это зрелище вполне способно скрасить пару часов.

Примечания:

• Эвакуация из Кабула (август 2021 года): Катастрофический вывод войск США и коалиции из Афганистана после стремительного наступления движения «Талибан» (запрещено в РФ). Хаос в аэропорту Кабула, гибель 13 американских морпехов и сотен афганцев в результате теракта, а также оставленные на произвол судьбы тысячи местных союзников стали для американского контингента глубокой национально-психологической травмой, мгновенно вызвавшей в прессе параллели с «Падением Сайгона» 1975 года (эвакуация с крыши посольства США во Вьетнаме).
• Иранская революция и отель «Тегеран» (1979 год): Свержение проамериканского шаха Мохаммеда Резы Пехлеви и приход к власти аятоллы Хомейни привели к захвату американского посольства в Тегеране (кризис с заложниками, длившийся 444 дня). В этот период американские спецслужбы и бизнес в панике вывозили активы, а миллионы долларов наличными действительно бросались в сейфах международных отелей (вроде столичного InterContinental Tehran).
• Локации-дублеры: По понятным политическим причинам съемки американского боевика в самом Иране абсолютно невозможны. В качестве дублера Тегерана выступили Тбилиси и исторические кварталы городов Грузии, а сцены американской глубинки снимались в штате Миссисипи.
• «Neeson-sploitation» (Эксплуатация Лиама Нисона): Устоявшийся голливудский маркетинговый трюк последнего десятилетия. Имя и суровое лицо Лиама Нисона помещают на весь постер, продавая проект как продолжение «Заложницы», хотя сам актер появляется в кадре всего на несколько сцен, получая внушительный гонорар за пару съемочных дней.

Рекомендации:

• Для сравнения с «настоящим» геополитическим экшеном: «Сириана», «Телохранитель» или более свежий «Кандагар» (там тоже Негахбан).
• Если нравится Леви в серьёзном ключе — его роли в «Шан-Чи» или более поздние драматические попытки.
• Классика «один против системы в чужой стране»: «Рэмбо» первых частей или «Сыны анархии» нет, лучше «Охота за „Красным октябрём“» по атмосфере напряжения.
• Работы Моше: «Холли» (2006) — его лучший фильм, совсем другого калибра.

Вердикт:

Картина получилась типичным «почти»: крепкий экшен в отдельных сценах, неожиданно убедительный Леви, но сюжет тонет в собственных хитросплетениях. Для вечернего просмотра, когда не хочется напрягаться, — сойдёт. Для чего-то большего — слишком раздуто и слишком предсказуемо в своей непредсказуемости.