«Нас обучали на всем подряд» — китайские нейросети побеждают Голливуд в производстве кино

Пока кинематографисты опасаются массовых увольнений, независимые авторы доказывают: искусственный интеллект позволяет обходить студийных гигантов и идти на творческие риски.

Этим летом у колонады исторической киностудии Sony Pictures в Калвер-Сити появился технологичный и амбициозный сосед. Художники студии Promise, питающейся потенциалом нейросетей, из окон своих офисов видят съемочные павильоны, где когда-то снимали «Поющих под дождем» и «Людей в черном». Вот только чтобы воплотить свои замыслы в жизнь, им больше не нужны высокие стены гигантов индустрии.

В скромных помещениях они создают кино с помощью стремительно развивающихся моделей ИИ. Нейросети генерируют декорации, спецэффекты и даже «синтетических актеров», используя как американские алгоритмы, так и передовые китайские ИИ.

Получив финансовую поддержку от Google, венчурных капиталистов Кремниевой долины и корпорации Disney, Promise стала одной из множества ИИ-студий, пускающих корни в Голливуде. Их появление делает гигантские съемочные павильоны и миллиардные бюджеты традиционных киногигантов всё менее необходимыми.

Это крайне спорный тренд. Ведущие режиссеры, включая Кристофера Нолана и Гильермо дель Торо, резко критикуют генеративные технологии; актеры и сценаристы всерьез опасаются потерять работу; а конгрессвумен от Демократической партии Лора Фридман, представляющая интересы голливудских профсоюзов, на днях предупредила: «Мы не можем ждать, пока десятки тысяч американцев окажутся на улице».

И все же на новой базе Promise азарт и энергия от возможностей ИИ ощущаются физически. В рядах компьютеров ожидает своего выхода реальная актриса Тори Томас. Звучит команда «Камера, мотор!»: начинаются съемки анонсированного студией хоррора «Потрогай траву» (Touch Grass), бюджет которого скромно оценивается в пару миллионов долларов.

Съемочная площадка представляет собой угол офиса, драпированный белыми простынями. Небольшая камера следит за Томас, изображающей отчаянную погоню, а всю остальную работу берет на себя ИИ. В реальном времени нейросеть накладывает движения актрисы на поле с колышащейся травой, сгенерированное китайской нейросетью Seedance 2.5 (вышедшей в этом месяце и обещающей совершить революцию в сроках производства).

Целые сцены — актеры вместе с фоном — мгновенно проявляются на режиссерском мониторе так, будто съемки идут на натуре. Полевые колоски на экране правдоподобно отклоняются, когда актриса «задевает» их на бегу. В следующем дубле луг без труда меняют на мрачную подземную пещеру. Взглянув на экран, Томас сразу видит, в каком окружении «играет» ее героиня.

Promise — далеко не единственные, кто взял на вооружение эти технологии. На прошлой неделе Netflix заявил, что использовал ИИ в 300 из 1 000 своих проектов, запланированных к выходу в 2026 году. Ветеран режиссуры Рон Ховард («Код да Винчи», «Игры разума») готовится выпустить ИИ-анимированный документальный фильм о вьетнамских военнопленных вместе с другой новой ИИ-студией Obsidian. А Брэд Питт на днях отметил: хотя вокруг технологии много негатива, «именно ИИ — если относиться к нему как к инструменту — поможет запускать в производство среднебюджетные картины стоимостью от 40 до 90 миллионов долларов».

Эти слова созвучны прогнозам нового поколения «native-AI» режиссеров, таких как 37-летний Каван Кардоза (известный под псевдонимом The Kid), основавший студию Phantom X. Он предрекает творческий ренессанс и волну независимого кино, обходящую студийных гигантов, — масштаб этого явления Кардоза сравнивает с прорывом Квентина Тарантино и Спайка Ли 30 лет назад.

На съемочной площадке Promise работают и ветераны Голливуда. Среди них — Джоэл Хайнек, обладатель «Оскара», создававший ручные визуальные эффекты для культового боевика с Арнольдом Шварценеггером «Хищник» (1987).

— Когда мы переходили от оптических эффектов к цифре, нам казалось, что мы попали в рай, — рассказал он The Guardian. — Сейчас происходит то же самое. Столько вещей делаются легко и непринужденно! Я всеми руками за ИИ. Некоторые относятся к нему с опаской, даже боятся, но я вижу в этом невероятный потенциал.

Однако другие, как Нолан, бичуют технологию. «Я никогда не видел, чтобы технология, развивающаяся настолько стремительно, встречала такое тотальное отторжение у публики, — заявит режиссер „Одиссеи“. — Градус подозрительности к ИИ невероятно высок, особенно среди молодежи».

Волну возмущения уже вызвало цифровое «воскрешение» покойного актера Вэла Килмера для новой картины, а также появление виртуальной «актрисы» Тилли Норвуд. Актриса Эмили Блант назвала происходящее «по-настоящему пугающим», призвав: «Пожалуйста, не лишайте кино живого человеческого контакта».

Но новые ИИ-студии это не останавливает. Дэйв Кларк, режиссер фильма «Потрогай траву» (параллельно работающий над анимационным проектом Hardcore 94 с саундтреком из хип-хопа Лос-Анджелеса начала 90-х), убежден: благодаря «хорошим диалогам и проработанной предыстории» сгенерированные ИИ персонажи могут быть глубокими и убедительными.

Американский профсоюз актеров SAG-AFTRA с этим наверняка поспорит, но Кардоза непреклонен: «Уже в следующем году ИИ-актеры ничем не будут уступать настоящим».

Джордж Стромполос, сооснователь и генеральный директор Promise, оценивает, что гибридные ИИ-фильмы (где живые актеры работают в связке с нейросетями) обходятся на 20–50% дешевле традиционных съемок. Это избавляет авторов от необходимости идти на поклон к студиям-гигантам.

— Мы стоим у истоков золотого века независимых, технологически вооруженных творческих объединений — назовите их микростудиями, — которые вернут в кино способность идти на творческий риск, — говорит он.

Джоанна Поппер, продюсер и консультант по ИИ для кинокомпаний, считает: позитивная сторона ИИ в том, что он «дает возможность любому талантливому и дисциплинированному рассказчику снять то, что он хочет». Но тут же добавляет: «Опасность в другом… Что, если вся финансовая выгода в итоге утечет к пяти IT-гигантам?».

Продюсерский гигант Imagine (руководимый Ховардом и Брайаном Грейзером) открыл дочернюю ИИ-студию Obsidian прямо в своем штабе в Беверли-Хиллз. Их совместный проект — «Код» (The Code), анимированная лента Рона Ховарда, основанная на рисунках американских солдат из вьетнамского плена.

Райан Риб, исполнительный продюсер Obsidian, оценивает экономию от использования ИИ в 30–40%. Он утверждал, что провел встречи с десятками ведущих продакшнов, заинтересованных в технологии, и уверен: на нейросети перейдут все. Впрочем, ИИ в Голливуде сейчас сравнивают с пластической хирургией: делают абсолютно все, но никто не хочет об этом говорить. «Да, это на 100% так», — смеется Риб.

А вот авторам новой волны вроде Кардозы, создающего свои фильмы в спальне квартиры в Плая-Виста, скрывать нечего. ИИ помог ему набрать 28 миллионов просмотров на YouTube с его фэнтези-вселенной «Хроники Кости» (Chronicles of Bone), где переосмыслены Робин Гуд, Питер Пэн и Фея Динь-Динь, а также заключить выгодный контракт с нейросетевой платформой Magnific AI. Кардоза убежден: ИИ-фильмы привлекают зрителей потому, что — как ни парадоксально — авторский голос в них куда искреннее, чем в Голливуде, где «сценарии давно пишут по алгоритмам».

— Я бывал на питчингах в больших студиях, где мне говорили: в хорроре должно быть ровно столько-то скримеров… Да почему я не могу просто рассказать историю? Если там два скримера — пусть будет два. Если десять — пусть десять. Зачем мы подгоняем искусство под чек-листы? Это не творчество, это штамповка.

Рост ИИ-кинематографа, по его словам, «напоминает 90-е, когда выстрелили Тарантино, Роберт Родригес и вся эта плеяда… Включаешь любой их фильм — и без титров понимаешь, кто автор, по стилю и почерку». Снимемое же сегодня для кинотеатров кино, по его мнению, «выглядит абсолютно одинаковым».

При этом Кардоза очень высоко оценивает разработки китайских IT-компаний, которые «просто уделывают всех в пух и прах — и по генерации изображений, и по генерации видео».

Он считает, что китайские нейросети так мощны потому, что их «обучали абсолютно на всем подряд», не связывая руки ограничениями авторских прав, как в США. И хотя Вашингтон всерьез подумывает заблокировать доступ к китайским ИИ-моделям с открытым кодом, Кардоза выступает категорически против запрета инструментов, давших ему творческую свободу.

— Если их запретят, я просто перееду жить в Китай, — резюмирует он. — И я даже не шучу.

Примечания:

1. Калвер-Сити — пригород Лос-Анджелеса, исторически один из главных центров американской киноиндустрии, где расположены студии Sony Pictures (бывшая MGM) и Culver Studios; именно здесь снимались многие голливудские классические фильмы, включая упомянутый в статье мюзикл «Поющие под дождём» (1952).
2. Лора Фридман — американский политик-демократ, представляющая в Конгрессе США округ, включающий значительную часть Голливуда, и активно занимающаяся вопросами защиты прав работников киноиндустрии в связи с внедрением искусственного интеллекта.
3. «Touch Grass» (дословно «Потрогать траву») — распространённое в англоязычном интернет-сленге ироничное выражение, призывающее собеседника «оторваться от экрана и выйти на улицу», то есть вернуться к реальной, а не виртуальной жизни. Название фильма, вероятно, содержит намеренную иронию, учитывая, что сама трава в кадре будет полностью сгенерирована искусственным интеллектом.
4. Цитата Брэда Питта — прямая отсылка к его интервью изданию Esquire, подробно разобранному в одной из предыдущих статей нашей подборки; демонстрирует, что тема ИИ в кино в последнее время активно обсуждается сразу несколькими крупными изданиями и voices индустрии.
5. «Хищник» (Predator, 1987) — культовый боевик-фантастика с Арнольдом Шварценеггером в главной роли, известный, помимо прочего, новаторскими для своего времени практическими (не цифровыми) спецэффектами, включая знаменитый костюм инопланетного существа-хищника.
6. Вэл Килмер — американский актёр, известный по ролям в фильмах «Топ Ган», «Бэтмен навсегда» и «Тумстоун»; скончался в 2025 году. Попытки создать его цифровую «версию» с помощью искусственного интеллекта для использования в новых проектах вызвали серьёзные этические споры о праве использования образа умерших актёров без прямого согласия их самих или наследников.
7. Тилли Норвуд — полностью сгенерированная искусственным интеллектом «актриса», представленная одной из технологических компаний как потенциальная звезда будущих проектов; появление подобных полностью синтетических «исполнителей» вызвало крайне резкую критику со стороны актёрского сообщества, увидевшего в этом прямую угрозу профессии.
8. SAG-AFTRA (Screen Actors Guild – American Federation of Television and Radio Artists) — крупнейший профсоюз, объединяющий американских актёров кино, телевидения и радио; в 2023 году организация уже проводила масштабную забастовку, одним из ключевых требований которой было регулирование использования искусственного интеллекта в индустрии.
9. Плайя-Виста — прибрежный район Лос-Анджелеса, в последние годы ставший неформальным центром притяжения технологических стартапов и IT-компаний, за что получил неформальное прозвище «Кремниевый пляж» (Silicon Beach).
10. «Прыжковый испуг» (jump scare) — устоявшийся термин киноиндустрии, обозначающий распространённый приём в фильмах ужасов: внезапное, резкое появление пугающего объекта или персонажа в кадре (часто сопровождающееся резким звуковым эффектом), рассчитанное на мгновенную непроизвольную пугающую реакцию зрителя.