20 часов красивой банальности: новый документальный мега-проект Тома Хэнкса о Второй мировой войне

«Вторая мировая война с Томом Хэнксом»: один из самых масштабных документальных проектов в истории человечества

Этот 20-серийный взгляд на Вторую мировую, лицом которого стала звезда «Спасти рядового Райана», — проект поистине колоссального размаха. Но, несмотря на великолепные архивные кадры, в конечном итоге он кажется слишком поверхностным.

Сериал начинается с эдакой «рекламной презентации» Второй мировой войны в исполнении самого Тома Хэнкса.

— Вторая мировая война, — говорит он, глядя нам прямо в глаза на среднем плане со спокойным отцовским авторитетом, — это величайшее событие в истории человечества. Ни один уголок земного шара не остался в стороне. Вторая мировая война изменила всё. Для всех нас.

Хэнкс выступает в роли рассказчика: он появляется в начале и в конце каждого из 20 эпизодов, будучи экранным церемониймейстером сериала, претендующего на звание одного из крупнейших документальных проектов в истории. Хронометраж в 20 серий невольно напрашивается на сравнение с монументальной классикой 1973 года от британского канала ITV — сериалом «Мир в войне» (The World at War), раскинувшимся на 26 эпизодов. Новое шоу настойчиво внушает нам, что мы вместе беремся за нечто грандиозное. После вступительной речи Хэнкса следует нарезка кадров (она будет повторяться в начале каждой последующей серии), где приглашенные эксперты наперебой подчеркивают колоссальное влияние той войны.

Так почему же сериал не ощущается эпичным? Почему ему не удается возвысить и растрогать нас этим потрясающим историческим размахом? Возможно, отчасти дело в том, что Хэнкс со товарищи абсолютно правы относительно масштабов темы — настолько правы, что даже 20 серий оказывается недостаточно. В стартовой связке из трех эпизодов события проносятся слегка торопливо: приход Гитлера к власти, неожиданный марш-бросок немцев во Францию через Арденнский лес в 1940-м и эвакуация из Дюнкерка. О каждом из этих эпизодов написаны книги толщиной с шлакоблок; телеверсия же вынуждена ограничиваться кратким пересказом.

Но главная причина кроется в другом: проект «Вторая мировая с Томом Хэнксом» создан в 2020-х, а не в 1970-х годах, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Сериал «Мир в войне» строился на потрясающем массиве интервью с непосредственными очевидцами. Многие из них тогда заговорили впервые, делясь деталями, о которых зрители просто не могли знать. Сегодня этих людей уже нет в живых. Современная документалистика вынуждена чем-то заменять первоисточники, и проект Хэнкса пал жертвой главной чумы документального ТВ XXI века — формата «говорящих голов».

В перерывах между архивными кадрами, сопровождаемыми сдержанным и строгим закадровым голосом Хэнкса, на экране возникают академики и популярные историки. Их реплики редко содержат глубокие откровения. Гораздо чаще приглашенные эксперты просто расставляют акценты, приукрашивают или банально повторяют то, что мы только что и так узнали из хроники.

Надо признать, шоу всё же выправляется после катастрофического начала. Представьте: актер запускает повествование, описывая ужасающую мощь немецкого вторжения в Польшу, приводит точную статистику отправленных Гитлером солдат, самолетов и танков; мы видим яркие кадры разрушительной атаки… И тут на экране появляется исторический подкастер Дэн Карлин и бессмысленно вопит: «1 сентября 1939 года! Над Польшей разразилась буря!». Вас бы никто не осудил, если бы вы выключили телевизор прямо на этом месте.

Конечно, в целом спикеры не кажутся настолько уж раздражающе лишними, но эти короткие включения придают шоу монотонный ритм. Видеоряд, закадровый голос, «говорящая голова». Видеоряд, голос, «голова». Не спасает и то, что сняты и освещены они максимально просто — точь-в-точь как в добротной, но пресной малобюджетной документалке на британском BBC Four или американском PBS.

Однако в качестве компенсации мы получаем потрясающие архивные съемки, часть из которых публикуется впервые. С самого момента изобретения кинокамеры армиям как-то удавалось таскать за собой парня, который следовал по пятам и снимал происходящее даже в самых взрывоопасных и гибельных ситуациях. Благодаря этому мы оказываемся в самом пекле вместе с британцами, советскими войсками и — особенно в первых сериях, когда у них всё шло как по маслу, — с немцами.

За десятилетия, прошедшие после окончания войны, исследователи получили более широкий доступ к немецким и советским новостным киножурналам того времени. Создатели сериала часто используют отличный прием: они быстро проходятся по пропагандистским реакциям на одно и то же событие со всех сторон конфликта, давая нам объемную картину того, кто в тот момент побеждал, а кто проигрывал.

Не похоже, что этот сериал перевернет какие-либо устоявшиеся, общепринятые взгляды на ту войну. Он не проходит «тест званого ужина»: если вы ввяжетесь в тягостный спор с историческим занудой, вы не сможете опереться на знания, полученные за просмотром этого шоу, и уничтожить оппонента пулеметной очередью из аргументов в духе «а знаете ли вы…» и «думаю, всё не так однозначно, потому что…». Глубокого анализа здесь просто нет.

Но это не значит, что усилия Хэнкса потрачены впустую. Сериалу «Мир в войне» уже более полувека, и выросло два-три новых поколения, которых уже не заставишь возвращаться к старой классике. Современный аналог сохраняет историю живой, упаковывая ее в привычный для сегодняшнего дня стандартный формат. Если ваши знания о предмете обрывочны, инвестиция 20 часов в эту программу даст вам отличную базу. Тем не менее, проект ощущается слишком уж базовым — для таких рамок эта война слишком велика.

Примечания:

1. О названии и ведущем: Оригинальное название — World War II with Tom Hanks — построено по модели, знакомой нам по документальным гигантам вроде The Civil War by Ken Burns. Формула «Историческое событие + with + Имя ведущего» — это маркер авторского, личностного подхода. В русской традиции такие проекты часто переводят именно так: «Вторая мировая с Томом Хэнксом». Здесь важен контекст: Хэнкс не просто «голос за кадром», он еще и продюсер, и главное лицо проекта, его моральный гарант. Его участие — это сознательная попытка перенести на документальный проект ту же ауру «порядочности» и «отцовской мудрости», которую он несет в игровых ролях: от капитана Миллера в «Спасти рядового Райана» до мистера Роджерса в «Прекрасном дне по соседству».
2. О «Мире в войне» (The World at War): Британский 26-серийный документальный эпос 1973 года, созданный компанией Thames Television. Он до сих пор считается эталоном жанра: в нем использовались интервью с выжившими участниками (включая высших офицеров Рейха, например Карла Дёница и Альберта Шпеера), а закадровый текст читал Лоуренс Оливье. Это тот случай, когда документалистика еще имела доступ к живым голосам, и сравнение с ним — жесткий, почти невыигрышный для любого современного проекта.
3. О «говорящих головах» (talking heads): В британской телевизионной критике это устоявшийся пейоратив: «говорящая голова» — это эксперт, вставленный в документальный фильм для заполнения эфирного времени, но не добавляющий реального содержания.
4. О Дэне Карлине: Американский подкастер, создатель сверхпопулярного шоу Hardcore History. Его манера — эпическая, эмоциональная, почти театральная; он сознательно работает голосом как инструментом драматизации. Однако то, что завораживает в аудиоформате на пятичасовом эпизоде, может выглядеть гротескно в 30-секундном вклеенном фрагменте телевизионного дока.
5. О «тесте на светскую беседу» (dinner party test): «Тест на званый ужин» означает: дает ли тебе культурный продукт интеллектуальный багаж, которым ты можешь блеснуть в разговоре? Сможешь ли ты вытащить из рукава туз фактов и разгромить собеседника? Сериал Хэнкса дает лишь базовый ликбез, с которым на званом ужине против исторического зануды не выстоять.

Рекомендации к просмотру:

• Если вы хотите увидеть тот самый «золотой стандарт», о котором говорит автор, — «Мир в войне» (The World at War, 1973). Он доступен в восстановленном качестве. Начните с эпизода «Alone» (одиночество Британии в 1940 году) — он даст вам почувствовать, как documentary может быть одновременно поэзией и историографией.
• «Почему мы сражаемся» (Why We Fight, 1942–1945) — пропагандистская серия Фрэнка Капры, создававшаяся непосредственно во время войны; она интересна как артефакт, показывающий, как «упаковывали» войну для современников.
• Из подкастов: Дэн Карлин — Blueprint for Armageddon (о Первой мировой) и Ghosts of the Ostfront (о Восточном фронте Второй мировой). В аудиоформате, на длинной дистанции, его манера работает превосходно — и это поможет понять, почему автор рецензии так болезненно реагирует на его появление в кадре.

Мнение: Формула «архивные кадры плюс знаменитость-рассказчик плюс эксперты-для-галочки» — это действительно доминирующий шаблон: между «Мир в войне» 1973 года и «Вторая мировая с Томом Хэнксом» 2020-х лежит пропасть — не столько в доступе к хронике, сколько в культурной смелости. Там, где «Мир в войне» давал живую память и не боялся сложных, противоречивых нарративов, современный сериал дает переупакованный конспект. Но «для начинающих сойдет».