Эпоха паранойи: Как теории заговора стали главным жанром современного кино (и реальной жизни)

Вы не выдержите правды! Почему кино внезапно влюбилось в конспирологию?

От «Дня раскрытия» до «Закулисья» (Backrooms) — новая волна фильмов продвигает истории о паранойе, отчуждении и недоверии. Что именно они пытаются нам сказать?

Хвала небесам за кинематограф — этот свет во тьме и неиссякаемый источник шокирующих сенсаций. Кино призывает нас проснуться и начать действовать, пока не стало слишком поздно. Оно сообщает, что мы живем в Матрице. Что ЦРУ убило Джона Кеннеди. Что ваш супруг — робот, а начальник — пришелец с Андромеды. А еще — что под токийским метро скрывается лестница в стиле Эшера, а бестелесная нога зомби рыщет по бразильским паркам в поисках сексуальных жертв.

Как бы мы отреагировали, если бы всё это нам рассказал близкий друг? Нас бы это позабавило или ужаснуло? Просветило бы или свело с ума? И считали бы мы его после этого близким другом?

«Люди имеют право знать правду!» — заявляет молодой информатор в фильме Стивена Спилберга «День раскрытия» (Disclosure Day), вторя тысячам других кино-разоблачителей. В исполнении Джоша О’Коннора героический Дэниэл Келлнер носит в рюкзаке государственные тайны, неопровержимо доказывающие существование инопланетян и зловещий правительственный заговор. «День раскрытия» — это вымысел, но он жирно намекает на обладание инсайдерской информацией. 79-летний режиссер — человек-бренд, пользующийся самым высоким уровнем доверия в Голливуде — даже появляется в трейлере, чтобы лично поручиться за достоверность картины. Он вмонтировал себя в кадры с кругами на полях и космическими кораблями, комментируя происходящее с авторитетом ведущего вечерних новостей: «Разве не чудесно было бы людям узнать, что всё это — правда?».

Мы не одиноки во Вселенной, говорит нам Спилберг. Как, впрочем, не одинок и его фильм. «День раскрытия» — это лишь самый крупный и громкий всплеск в новой волне параноидальных конспирологических историй, заставляющих вспомнить расцвет этого жанра в 1970-х: «Заговор «Параллакс»», «Зеленый сойлент», «Козерог-1» и «Разговор». Эти современные наследники рассказывают другие истории и блуждают по другим кроличьим норам. Но все они говорят на языке отчуждения и недоверия и, кажется, наощупь пытаются пробиться к какой-то финальной, шокирующей истине.

В фильме Йоргоса Лантимоса «Бугония» (Bugonia) эта истина кроется в убеждении, что мировая элита миллионеров — это в прямом смысле замаскированные инопланетяне. В картине Оливии Уайлд «Приглашение» (The Invite) паранойя строится на лихорадочных спекуляциях вокруг сексуальных девиаций соседей. А в грядущем «Дикая лошадь девять» (Wild Horse Nine) речь идет о мрачных сокровищах времен холодной войны. В этом комедийном триллере Мартина Макдоны Сэм Рокуэлл и Джон Малкович играют ветеранов ЦРУ, которые маются от безделья на острове Пасхи, готовясь к очередному сверхсекретному заданию. «У тебя когда-нибудь возникает паранойя из-за того, что ты недостаточно параноик?» — спрашивает Малкович в одной из сцен. Вопрос риторический. Метафорически или буквально, но шапочки из фольги здесь носят все.

Можно ли назвать это трендом? Связаны ли все эти картины между собой? Здравый смысл — наш самый преданный друг — подсказывает, что жизнь полна случайностей и хаоса, и что по большей части мы просто импровизируем на ходу. Но теория заговора подобна соблазнительному злоумышленнику: она подкрадывается и шепчет, что на самом деле всё это ложь. Всё взаимосвязано, всё — часть великого замысла. «Случайностей не бывает, милая», — объясняет отец с безумным взглядом в новом триллере от Netflix «Правдорубы» (The Truthers). Стало быть, и все эти причудливые фильмы появились не просто так. У них есть для нас послание, если мы только замолчим и прислушаемся.

«Я нашел одно место…» — шепчет Чиветель Эджиофор, играющий продавца мебели в гипнотическом фильме «Закулисье» (Backrooms). Более конкретным он быть не может, потому что это место — загадка, и его нет ни на одной карте. Это система коридоров и офисных помещений, одновременно стерильная и тошнотворная, которая всегда пряталась у всех на виду. Если верить титрам, «Закулисье» снял 20-летний Кейн Парсонс, который до этого обкатал концепцию в популярном веб-сериале. Если верить самым диким фанатским теориям, настоящим теневым режиссером был 52-летний продюсер фильма Осгуд Перкинс. Этот фильм — шкатулка с секретом, дразнящая головоломка, требующая решения. А значит, он наверняка хранит в себе как минимум одну реальную тайну.

«Закулисье» — лучший образец параноидальной истории, потому что фильм не чувствует нужды заполнять все белые пятна сюжета. Он пугающий, странный и бессовестно сбивающий с толку. А еще он абсолютно кинематографичен и представляет собой готовую метафору. Эти «подсобные помещения» всегда находятся по ту сторону светящегося окна или экрана. Это может быть само кино, или TikTok, или темные закоулки интернета. «Это как лабиринт, — восхищается Эджиофор, толкнув дверь и впервые шагнув внутрь. — Он просто не заканчивается».

Никто еще не разорился, недооценивая интеллект публики, любил поговаривать журналист Г.Л. Менкен. Но с тем же успехом мало кто терял деньги, недооценивая способность публики верить в чудеса. Зрители жаждут магии и зрелищ, информации и утешения. Опрос 2024 года показал, что 61% американцев верят в привидений, 57% — в инопланетян, а 70% — в дьявола. Довольно внушительное меньшинство также убеждено, что их обманывает теневая, неподотчетная элита. Согласно исследованию YouGov, 18% респондентов считают высадку на Луну в 1969 году фейком, 20% верят, что вакцины от Covid содержат микрочипы, а 29% уверены, что на выборах в США в 2020 году автоматы для голосования были запрограммированы на подмену бюллетеней. Если собрать все эти нишевые интересы вместе, рано или поздно они перевесят чашу весов. По данным исследования проекта CHIP50 за 2024 год, 78,6% граждан США верят хотя бы в одну теорию заговора. Это гигантский, процветающий рынок для небылиц и шарлатанов, торгующих змеиным маслом.

Действие фильма Ари Астера «Эддингтон» происходит во время пандемии Covid. Хоакин Феникс играет шерифа из маленького городка, баллотирующегося в мэры. Он — антимасочник-либертарианец, который любит свою страну, ненавидит движение Black Lives Matter и гордо возит на машине баннер с надписью «ВАМИ МАНЕПУЛИРУЮТ» (с орфографической ошибкой). Он — живое воплощение культуры конспирологии, которая окончательно вышла из подполья, стала мейнстримом благодаря соцсетям и была превращена в оружие крайне правыми. «Эддингтон» сатиризирует этот мир, но одновременно является его симптомом.

В 70-е годы такие фильмы формировали своего рода сопротивление. Они были прямым отказом верить избитой правительственной пропаганде и создавались в пылкой оппозиции к прогнившим институтам власти. Не уверен, что то же самое можно сказать о сегодняшнем кино. Наша культура слишком туманна, а новостной фон перегружен белым шумом. Пожалуй, ни один современный режиссер не говорит на языке конспирологического триллера лучше и громче, чем сам Белый дом. Дональд Трамп с трибуны клеймит «глубинное государство» (deep state) и разыгрывает солидарность с обездоленным народом. Эти люди вправе требовать возмездия над чиновниками-мошенниками, которые их угнетают. Но доверять они могут только ему — своему защитнику и главному конспирологу страны.

«Затопите информационное поле дерьмом», — советовал Стив Бэннон, бывший стратег и политтехнолог президента. Искусственно созданные интриги могут служить желанным отвлечением внимания или ширмой для некомпетентности. Дезинформация заставляет избирателей чувствовать себя сбитыми с толку и измотанными.

Лучшие истории о заговорах всегда указывают путь к выходу, который означает свободу (и это прекрасно). Но сегодня у этого жанра украли его гром, и путь вперед совсем не ясен. «Бугония» — отличное кино, а «Закулисье» — еще лучше. Но оба фильма ощущаются как ответвления «Кинематографической вселенной Трампа», которые по сути не так уж сильно отличаются от бредовых фанатских теорий о том, что Джим Керри прислал своего клона на премию «Сезар» или что «С широко закрытыми глазами» был предупреждением о Джеффри Эпштейне.

В США выход «Дня раскрытия» совпал с тем, как Белый дом выбросил в сеть пачку рассекреченных файлов об НЛО — пустых и бессодержательных, но Трамп назвал их «чрезвычайно интересными и важными». Это породило в сети спекуляции о том, что даты релизов были скоординированы в рамках взаимовыгодной кампании. Спилберг заявил, что это неправда; очередная дикая теория. Его фильм категорически не вступает в сговор с администрацией Трампа.

Так связаны ли между собой все эти проекты с «красной таблеткой»? Косвенно, безусловно, да. Есть ли за всем этим глобальный замысел? Почти наверняка нет. Фильмы — это рефлекторная реакция на внешний мир. Они улавливают его напряжение и потакают интересам публики, прямо как бродячие продавцы эликсиров, рыскавшие по глухим деревням в поисках наживы. Теории заговора создают иллюзию порядка и контроля. Они дарят утешение с помощью простого сюжета; дают ощущение, что в жизни есть смысл. Иными словами — это выдумка, ложь. И что расстраивает больше: мысль о том, что правительство прячет от нас пришельцев, или осознание того, что их нет? Что страшнее: верить, что инопланетяне хотят с нами поговорить, или понимать, что они никогда этого не сделают?

Достаточно ли мы параноидальны? Томас Пинчон — неофициальный лауреат жанра конспирологии — описывает состояние, которое еще хуже паранойи: антипараноидальное состояние, в котором ничто ни с чем не связано, где нет замка, к которому нужно подобрать отмычку, и нет сияющей истины, которую нужно раскопать. Это состояние, по его словам, «мало кто из нас способен выносить слишком долго». Людям нужны неожиданные повороты сюжета и клиффхэнгеры, интриги и разоблачения. Спилберг — непревзойденный мастер, и уж он-то точно это знает. Знают это и Лантимос, и Астер, и 20-летний режиссер «Закулисья». Знает это и Трамп.

Примечания:

• Красная таблетка (red-pill): Отсылка к Матрице (узнать горькую правду о реальности). В современной интернет-культуре (и политике) «принять красную таблетку» означает прозреть, отказаться от либеральных ценностей и поверить в правые конспирологические теории.
• Snake oil (Змеиное масло): Американская идиома. Во времена Дикого Запада бродячие шарлатаны продавали доверчивым фермерам чудодейственное «змеиное масло», лечащее от всех болезней. Сегодня так называют любой скам, фейк и фальшивые обещания (от крипты до политических лозунгов).
• Глубинное государство (Deep State): Ключевой термин американской конспирологии. Вера в то, что страной управляет не избранный президент, а тайная сеть несменяемых бюрократов, ЦРУ и спецслужб.
• Джеффри Эпштейн и Кубрик: Фильм Стэнли Кубрика «С широко закрытыми глазами» (про тайные оргии элит в масках) был его последней работой. Конспирологи искренне верят, что элиты (или Иллюминаты, к которым относили педофила Джеффри Эпштейна) убили Кубрика за то, что он раскрыл их тайны в этом фильме.
• Томас Пинчон: Величайший живый американский писатель-постмодернист (автор «Радуги тяготения» и «Выкрикивается лот 49»). Все его книги пропитаны жесточайшей паранойей, поиском масонских заговоров и тайных обществ. Никто в мире не писал о конспирологии умнее, чем он. В 2014 году по его книге сняли фильм «Врожденный порок» (Inherent Vice) с Хоакином Фениксом — отличный пример такой запутанной истории.

К просмотру:

• «Параллакс» (The Parallax View, 1974) — эталон параноидального триллера.
• «Разговор» (The Conversation, 1974) — шедевр Копполы о слежке и паранойе.
• «Три дня Кондора» (Three Days of the Condor, 1975) — ещё один эталон.
• «Зелёный сойлент» (Soylent Green, 1973) — «Он сделан из людей!» — великий твист.
• «Козерог-1» (Capricorn One, 1977) — фальшивый полёт на Марс.
• «Матрица» (The Matrix, 1999) — «красная пилюля» как культурный феномен.
• «Джон Кеннеди. Выстрелы в Далласе» (JFK, 1991, Оливер Стоун) — magnum opus киноконспирологии.

К чтению:

• «A Culture of Conspiracy» (Michael Barkun, 2003) — академическая классификация теорий заговора.
• «The Paranoid Style in American Politics» (Richard Hofstadter, 1964) — эссе, определившее понятие «параноидальный стиль» в американской политике. Обязательно к прочтению.
• Томас Пинчон, «Выкрикивается лот 49» (The Crying of Lot 49, 1966) — идеальная отправная точка для понимания «анти-паранойи».
• «The Illuminatus! Trilogy» (Robert Shea & Robert Anton Wilson, 1975) — сатирический роман, пародирующий все возможные теории заговора одновременно. Культовая книга, повлиявшая на «Дискоординаты» и «Закулисье».
• «Shiraz: Architecture of the Shadow» (Yuri Melnikov, 2025) — игра с реальностью: самые радикальные идеи Кремниевой долины (NRx и Dark Enlightenment) были придуманы в Иране как предупреждение, но стали инструкцией для Запада.