Борьба с гравитацией и контрактом: как парик Дуэйна Джонсона в «Моане» стал главным мемом года

Уже в эту пятницу выходит игровой ремейк хитового мультфильма Disney, и авторы мемов вовсю режут правду-матку о «волосатом» перевоплощении Скалы.

Новая киноверсия «Моаны» от Disney вряд ли может похвастаться обилием очевидных достоинств. Как и большинство подобных ремейков, фильм грешит пугающей неестественностью картинки, из-за чего всё происходящее на экране напоминает странную галлюцинацию нейросети ChatGPT. Однако в нем есть одна деталь, которая вполне способна гарантировать картине пропуск в вечность. Речь идет, конечно же, о парике Дуэйна «Скалы» Джонсона.

Для контекста. Главная фишка игрового ремейка «Моаны» заключается в том, что Дуэйн Джонсон возвращается к своей роли самовлюбленного полубога Мауи, которого он озвучил в оригинальном мультфильме. И тут возникла загвоздка. Видите ли, образ Мауи строится на многих вещах — его татуировках, его бьющей через край харизме, — но ярче всего его индивидуальность выражают волосы. Мауи щеголяет густой, развевающейся на ветру шевелюре существа, которому неведомы ужасы мужского облысения. Именно прическа делает его ходячим воплощением первобытной мужественности и силы.

А вот Дуэйн Джонсон — абсолютно лысый. И это не секрет: Скала — один из самых узнаваемых людей на планете, и гладкий, как бильярдный шар, череп — неотъемлемая часть его бренда. Его самые культовые экранные образы — Дуэйн Джонсон во франшизе «Форсаж», Дуэйн Джонсон в «Спасателях Малибу», Дуэйн Джонсон в «Джуманджи» — всегда были лысыми. Над этим никто не смеется. Отчасти потому, что общество наконец-то эволюционировало и перестало шеймить мужчин за то, что они не могут контролировать, а отчасти потому, что Джонсон в ответ сожмет вас в комок и пинком отправит прямо на Солнце.

Как примирить эти две взаимоисключающие реальности? Разумеется, нацепить на Скалу парик. И всё бы ничего, но интернет отреагировал на этот компромисс с тем же чувством немого изумления и ужаса, какое возникло бы у людей, застань они сэра Дэвида Аттенборо за кулачным боем с лебедем.

Поток мемов уже не остановить. Пользователи пишут, что парик Джонсона выглядит так, будто он «одновременно борется с гравитацией, ветром и условиями собственного контракта». Что это «дешевая мочалка из магазина ужасов на Хэллоуин». И что этот волосяной покров «заслуживает отдельного упоминания в титрах». К чести Джонсона, он воспринял насмешки стоически, заявив журналисту на красной дорожке, что мемы заставили его смеяться «просто до усрачки». И все же давайте разберемся, почему эта тема так всех зацепила.

Ведь Скала надевает парик в кино далеко не в первый раз. Собственно, в своей предыдущей картине «Крушащая машина» (2025) он уже носил накладные волосы — вполне сносную копию стрижки своего реального прототипа, бойца Марка Керра. Стал ли кто-то издеваться над ним тогда? Нет. Возможно, дело в том, что лицо актера было настолько изменено сложным пластическим гримом (из-за чего вся его голова напоминала обгоревший на солнце восковой тестостерон-тест размером с арбуз), что искусственная шевелюра была последним, на что обращали внимание. Но факт остается фактом: тогда ему это сошло с рук.

И давайте не будем забывать «Мумию возвращается» 2001 года, где Джонсон также предстал с пышной гривой. Почему же тогда никто не плодил мемы? Может, потому, что у Джонсона тогда еще были свои волосы (пусть и скромно ютившиеся на макушке под видом крошечной ермолки)? Или парик в «Мумии» обладал той густотой и текстурой, которые — в отличие от «Моаны» — создавали иллюзию, будто они действительно растут из его головы? А может, дело в том, что «Мумия возвращается» содержала настолько чудовищную компьютерную графику с Царем Скорпионов, что зрители предпочли коллективно стереть этот фильм из памяти ради сохранения рассудка? Пожалуй, верны все три варианта.

Так что нет, проблема не в том, что Дуэйн Джонсон носит парики. Проблема в том, что он надел конкретно этот парик для конкретно этой роли. В шевелюре Мауи есть какая-то неприятная, вопиющая фальшь. Кажется, будто она сделана из нейлона и куплена на развес из пластикового ведра на привокзальном рынке. Глядя на нее, хочется почесаться. Но главное — эти кудри явно требуют такого регулярного ухода (расчесывание, кондиционеры, завивка), на который у Дуэйна «Скалы» Джонсона, судя по его виду, нет ни времени, ни желания. Этот парик живет своей, инопланетной жизнью. Неудивительно, что все в ужасе.

И тем не менее, есть все шансы, что «Моана» посрамит скептиков, соберет отличную кассу в прокате, после чего Disney немедленно запустит в производство игровой сиквел. И когда это произойдет, давайте сделаем доброе дело ради душевного спокойствия всего интернета — и дружно помолимся за то, чтобы Мауи во второй части сделали лысым.

Примечания:

• Дуэйн Джонсон (Dwayne Johnson), он же «Скала» (The Rock): Актёр и бывший рестлер, один из самых высокооплачиваемых актёров Голливуда, известный характерной лысой головой и мощным телосложением.
• Мауи: Персонаж мультфильма Disney «Моана» (2016), полубог с длинными густыми волосами и множеством татуировок, озвученный (а теперь и сыгранный в игровой версии) Джонсоном.
• Spirit Halloween: Крупная американская сеть сезонных магазинов костюмов и аксессуаров для Хэллоуина, известная дешёвыми, часто нарочито искусственно выглядящими товарами.
• Сэр Дэвид Аттенборо (Sir David Attenborough): Культовый британский телеведущий, натуралист и создатель документальных фильмов о природе (голос программ BBC «Планета Земля»). В Англии он считается абсолютным эталоном благородства, спокойствия и интеллигентности.
• «Крушащая машина» (The Smashing Machine): Драматический байопик режиссера Бенни Сафди, где Дуэйн Джонсон играет легендарного бойца MMA Марка Керра. Для этой роли Скале действительно изменили форму лица с помощью профессионального грима и надели парик, чтобы он был похож на своего героя в молодости.
• «Мумия возвращается» (The Mummy Returns): Кинодебют Дуэйна Джонсона в роли Царя Скорпионов. Графика в финале этого фильма, где лицо Скалы наложили на кривое компьютерное тело монстра, до сих пор считается одним из худших CGI-эффектов в истории кинематографа и главным мемом начала нулевых.