Капитан FlyDubai рассказал о нападении на борту FZ1073. Первые подробные интервью

Командир самолета FlyDubai, следовавшего 30 сентября из Дубая в Тель-Авив, Смит Маччхар впервые дал развернутые интервью о нападении второго пилота Хамама аль-Хаммами, который пытался захватить управление лайнером и направить его на аэропорт «Бен-Гурион». В беседах с The National и телеканалом Sky News Arabia Маччхар рассказал о событиях в кабине, нескольких потерях сознания, резком снижении тяги двигателей и попытках открыть дверь, за которой находились пассажиры и члены экипажа.

Интервью были записаны в военном госпитале имени Заида в Абу-Даби, где индийский летчик продолжает лечение после получения тяжелых ранений головы, шеи и рук. Маччхар признает, что из-за травм и потери сознания не может восстановить точную последовательность всех событий. Однако он хорошо помнит ключевые эпизоды нападения и собственные попытки спасти самолет.

По словам капитана, утро 30 сентября начиналось как обычно. Со вторым пилотом, гражданином Омана Хамамом аль-Хаммами, он встретился впервые непосредственно перед рейсом. Они обменялись несколькими фразами, но обстоятельного разговора не было. Маччхар пояснил, что во время полетов, особенно в условиях интенсивного воздушного движения, пилоты стараются не отвлекаться на посторонние темы.

За время совместной работы аль-Хаммами не сделал ничего, что могло бы вызвать подозрения. «Если бы я заметил что-нибудь необычное еще на земле, я, конечно, отреагировал бы, задал вопросы», – пояснил капитан.

Примерно через два часа после вылета, по воспоминаниям Маччхара, в кабину зашел еще один пилот FlyDubai, находившийся на борту в качестве пассажира. Этот капитан должен был выполнять обратный рейс из Тель-Авива в Дубай. Незадолго до этого аль-Хаммами выходил в туалет, а после возвращения некоторое время разговаривал с коллегами.

Затем второй пилот сообщил, что хочет помолиться, и попросил пришедшего капитана покинуть кабину. Маччхар не увидел в этой просьбе ничего необычного. По его словам, правила позволяют пилотам молиться во время перерывов в исполнении непосредственных обязанностей.

Аль-Хаммами встал позади командира. Маччхар из уважения к молящемуся не оборачивался и продолжал работать, проверяя расчетное время прибытия, остаток топлива и метеорологическую информацию.

Внезапно он почувствовал сильный удар по затылку. Первой мыслью капитана было предположение о серьезной технической неисправности самолета: ему показалось, что от потолка кабины оторвалась какая-то деталь.

Удар оказался настолько сильным, что Маччхар едва не упал на штурвал. Он попытался собраться и проверить состояние самолета, но последовали новые удары. Только тогда летчик понял, что на него нападает человек, находившийся рядом с ним.

В интервью Sky News Arabia Маччхар рассказал, что нападавший что-то говорил, продолжая наносить удары, однако разобрать его слова капитан не смог.

В результате ранений зрение Маччхара резко ухудшилось. По его словам, поле зрения сузилось настолько, что он мог различать лишь очертания предметов непосредственно перед собой.

Первой реакцией командира стала попытка освободиться от ремней безопасности и защитить голову. Маччхар сумел отстегнуть ремни, развернулся и начал отражать удары руками. При этом он получил тяжелое ранение руки.

Понимая, что самостоятельно справиться с нападавшим не сможет, капитан попытался открыть дверь кабины. Он кричал, зовя по имени пилота сменного экипажа, который незадолго до этого заходил к ним.

«Я кричал его имя и пытался открыть дверь. Переключатель находился совсем рядом. Мне нужно было только впустить кого-нибудь, кто мог бы помочь», – рассказал Маччхар.

По воспоминаниям капитана, в ходе борьбы ему удалось открыть дверь, однако вскоре она вновь закрылась.

Из-за тяжелых ранений и кровопотери капитан начал терять сознание. Он не помнит, сколько раз это происходило. При попытках двигаться и прилагать физические усилия кровотечение усиливалось. В какой-то момент Маччхар упал лицом вниз на пол кабины.

Очнувшись, он услышал удары в дверь и крики людей, находившихся снаружи. Именно тогда капитан почувствовал, что самолет резко уходит вниз.

Особенно отчетливо ему запомнилось изменение звука двигателей. По словам Маччхара, вместо привычного мощного гула он услышал, как обороты двигателей снижаются.

«Самым страшным было то, что я услышал и почувствовал, как двигатели сбрасывают обороты. Звук перешел от полной мощности к совсем другому, совсем не тому, который хочется слышать на этой стадии полета. И я почувствовал, что самолет резко снижается», – рассказал капитан.

По данным расследования, на том этапе самолет, находившийся на высоте около 34 тысяч футов, потерял примерно 17 тысяч футов менее чем за минуту. Во время экстремального снижения лайнер получил повреждения хвостового оперения.

Маччхар рассказал, что в эти минуты почти не сомневался в неизбежности катастрофы. Тем не менее он продолжал искать способ добраться до двери.

«Был момент, когда я понял, что могу не выжить. И заявил себе: Смит, сделай что-нибудь. Ты не можешь вот так умереть», – вспоминал он.

В очередной раз придя в сознание, капитан попытался подняться. По его воспоминаниям, он уперся ногами и из последних сил толкнулся в направлении двери.

Следующий момент, который сохранился в его памяти, – он лежит лицом вниз уже за пределами кабины, между ней и кухонным отсеком самолета. Дверь открыта, вокруг слышны крики и шум борьбы.

«Я не могу точно сказать, сколько людей пытались взять ситуацию под контроль. Мне казалось, что их миллион», – рассказал Маччхар.

Как ранее сообщал Newsru.co.il, после открытия двери в кабину ворвались находившиеся среди пассажиров израильтяне Янив Хаюн, Цвика Манес и Асаф Раджуан. Они сумели отстранить аль-Хаммами от управления и обезвредить его. Хаюн также попытался вывести самолет из пикирования, потянув штурвал на себя.

Затем управление приняли находившиеся на борту два пилота FlyDubai, которые направлялись в Израиль для выполнения следующего рейса. Один из них впоследствии посадил самолет в саудовском Табуке. Их имена и гражданство авиакомпания до сих пор официально не раскрыла.

В интервью Sky News Arabia Маччхар особо отметил действия коллеги, сумевшего взять управление самолетом в критической ситуации. По словам капитана, он заслуживает признания, а память о его действиях останется с ним на всю жизнь.

Самого Маччхара после извлечения из кабины пытались спасти старший бортпроводник и пассажиры. Среди них был израильский стоматолог Шота Мусаев, который оказывал помощь тяжело раненному пилоту.

Ранее Мусаев рассказывал, что у капитана было сильное кровотечение из головы и левой руки. Раны оказались настолько глубокими, что попытки осмотреть их вызывали новое кровотечение. В течение примерно 45 минут Мусаев прижимал раны и использовал пакеты со льдом, пытаясь остановить потерю крови.

Маччхар рассказал, что в эти минуты много молился и думал о своих детях – сыне и дочери. Он не знал, удастся ли ему выжить, но старался не терять надежду.

Несмотря на то, что нападавший был обезврежен, капитан не чувствовал себя в безопасности до самой посадки в Саудовской Аравии. Только когда колеса самолета коснулись взлетно-посадочной полосы, он понял, что непосредственная опасность миновала.

Первым человеком, с которым Маччхар поговорил после приземления, стал его двухлетний ребенок.

Капитан признался, что пережитое продолжает преследовать его и после госпитализации. В первые дни после нападения он неоднократно мысленно возвращался к моменту первого удара. Иногда воспоминания возникали совершенно неожиданно и сопровождались учащенным сердцебиением.

Маччхар обсуждал с врачами и психологами провалы в памяти, пытаясь разобраться в последовательности событий. Он продолжает восстанавливаться после травм, и ему предстоит длительное лечение.

В интервью The National капитан затронул и вопрос о мотивах нападавшего. По сведениям следствия ОАЭ, аль-Хаммами намеревался захватить самолет и направить его на пассажирский терминал аэропорта «Бен-Гурион». Однако Маччхар не понимает, почему второй пилот решил действовать, когда до прибытия в Израиль оставалось более часа полета.

«Я не могу сказать, что постоянно об этом думаю, но, конечно, задавался этим вопросом. Для меня это не имеет никакого смысла», – заявил он.

Капитан также высказался о возможном пересмотре авиационных правил безопасности, в частности связанных с размещением аварийного топорика в кабине. Он полагает, что после случившегося в отрасли могут последовать изменения.

При этом Маччхар не стал возлагать ответственность на конкретных сотрудников или службы. По его словам, главное – извлечь уроки из произошедшего и сделать все, чтобы подобная ситуация никогда не повторилась.

Он выразил благодарность медицинским работникам Саудовской Аравии и ОАЭ. Особенно эмоционально капитан вспоминал сообщение о том, что президент ОАЭ шейх Мухаммад бин Заид распорядился организовать его возвращение в Эмираты для лечения.

«Мне сказали, что по распоряжению президента ОАЭ меня возвращают домой. Тогда я впервые улыбнулся», – рассказал он.

Маччхар живет в ОАЭ с женой и детьми. Несмотря на тяжелые физические и психологические последствия нападения, он рассчитывает после выздоровления вернуться к управлению самолетами.

На вопрос, не исчезла ли у него любовь к авиации, капитан ответил: «Нет, совсем нет. Я просто рад, что смог сделать то, что от меня зависело».

Теракт

30 сентября второй пилот рейса FZ1073 Хамам аль-Хаммами, житель Омана, напал с аварийным топориком на командира Boeing 737 MAX 8 Смита Маччхара. Самолет направлялся из Дубая в Тель-Авив. По сведениям следствия ОАЭ, нападение было заранее спланировано и имело террористический характер.

В ходе расследования было установлено, что аль-Хаммами интересовался радикальной исламистской идеологией, а ранее был отстранен от летной работы в Oman Air из-за опасений, связанных с его взглядами. По сведениям Reuters, подозреваемый намеренно устроился в авиакомпанию, выполняющую рейсы в Израиль.

Следствие также проверяет обстоятельства приема аль-Хаммами на работу в FlyDubai. По сообщениям СМИ, авиакомпания не запросила подробную информацию о его прошлом у прежнего работодателя.

Аль-Хаммами находится под стражей. Расследование продолжается.

После происшествия Израиль ужесточил правила допуска экипажей иностранных авиакомпаний на рейсы в страну. FlyDubai приостановила полеты в Тель-Авив.