«Грозовой перевал» — знойная и ненасытная адаптация, от которой вам будут сниться кошмары

Взгляд Эмиральд Феннел на классический роман Эмили Бронте — это эмоционально пустая осечка в жанре «женского романа», где таланты Марго Робби и Джейкоба Элорди потрачены впустую, зато Мартин Клунз блистает во всей красе.

Эмиральд Феннел выкручивает уровень гротеска и театральности на максимум, переосмысливая историю Эмили Бронте о Кэти и Хитклиффе на ветреных йоркширских пустошах как бесконечно глупую 20-страничную фэшн-съемку с изодранными в клочья корсетами и пикантным налётом БДСМ. В какой-то момент Кэти (Марго Робби) тайком отправляется на пустошь для уморительной сцены самоудовлетворения — хотя, увы, нам не показывают дерзкого параллельного монтажа с «секс-символом» Хитклиффом (Джейкоб Элорди), занимающимся тем же самым в конюшне под невнятное бормотание со своим утрированным йрррркширским акцентом.

Таков он, «Грозовой перевал» Феннел, или, скорее, «„Грозовой перевал“»: название лукаво взято в кавычки, хотя эта постмодернистская ирония кажется бессмысленной. Кэти — это разодетая красавица, трепещущая в присутствии Хитклиффа, который сам выглядит угрюмым длинноволосым бородачом-изгоем, будто Скарлетт О’Хара решила растаять в объятиях Чарльза Мэнсона. Впрочем, позже его образ изрядно «подгоняют под мистера Дарси»: он щеголяет с более короткой и притягательной стрижкой, а его рубашка из тончайшей ткани никогда не просыхает.

В детстве юная Кэти Эрншо (Шарлотта Меллингтон) — бойкая барышня, которую балует её шумный старый сквайр-отец с озорным блеском в глазах; в этой роли Мартин Клунз практически затмевает всех остальных и крадет весь фильм. Кстати, Феннел вычеркивает из сюжета старшего брата Кэти, Хиндли (вместе с его женой и сыном), перекладывая разрушительное пьянство и игроманию Хиндли на отца. Также Феннел, следуя традиции экранизаций «Грозового перевала», отбрасывает вторую половину романа о следующем поколении — повзрослевших детях Кэти, Хиндли и Хитклиффа. Кроме того, она весьма неубедительно игнорирует вопрос тёмного цвета кожи Хитклиффа — возможно, те самые кавычки в названии призваны отмахнуться от вопросов «аутентичности».

По барской прихоти мистер Эрншо спасает юного оборванца с улиц Ливерпуля, будучи там по делам, и принимает его в семью как сводного брата Кэти. Это, разумеется, Хитклифф, которого в детстве играет Оуэн Купер (юная звезда драмы Netflix «Отрочество») с вечно напряженным лицом. Детьми они носятся вместе, словно дикари, но когда становятся взрослыми — представителями полуаристократии и прислуги соответственно, — кажется, нет никакого способа осуществить или хотя бы признать их чувства друг к другу.

Поскольку финансовые дела семьи плохи, Кэти выходит замуж за богатого, но бесхребетного соседа Эдгара Линтона (Шазад Латиф), разбивая тем самым сердце Хитклиффу, который в ярости сбегает. Через несколько лет он возвращается богатым и заводит страстный роман с Кэти, узнавшей правду о причинах его отъезда. В итоге он назло всем женится на жеманной сестре Эдгара, Изабелле (ее играет Элисон Оливер, забавно копирующая стиль Софи Томпсон). Феннел сглаживает его жестокость к ней, изображая Изабеллу как ухмыляющуюся сабмиссивную партнершу, дающую согласие на такое обращение.

Что касается всезнающей экономки Нелли Дин (в исполнении Хонг Чау), то это самая сложная фигура в книге — человек, чьими глазами мы видим почти всё происходящее. Нелли — некоронованная королева ненадежных рассказчиков в английской литературе, невозмутимый свидетель и одновременно подстрекатель главного катастрофического недоразумения, разрушившего счастье Хитклиффа и Кэти. Любопытно, что Феннел заставляет Кэти предъявить Нелли претензии по этому поводу. В какой-то момент, конечно, страсти накаляются, и прорывается цунами слез; всё это снято в лихорадочном, утомительном стиле База Лурмана, и фильм начинает напоминать 136-минутный клип на песни Charli XCX, звучащие в саундтреке.

«Грозовому перевалу» не хватает убойной силы предыдущих фильмов Феннел — «Солтберна» и «Девушки, подающей надежды», — или же несовершенной, но блестящей, натуралистичной версии Андреа Арнольд 2011 года, которая действительно верила в страстную правду любви Кэти и Хитклиффа, считает Питеру Брэдшоу. У Феннел же всё выглядит как роскошная поза несерьезной разнузданности. Это квазиэротично, псевдоромантично, а затем эрзац-печально — клубная вечеринка фальшивых эмоций.

Примечания:

Эмеральд Феннелл — британский режиссёр и сценарист, получившая «Оскар» за лучший оригинальный сценарий к фильму «Девушка, подающая надежды» (2020). Её второй фильм «Солтберн» (2023) вызвал бурную полемику — его хвалили за визуальную дерзость и ругали за поверхностность. «Грозовой перевал» — её третья режиссёрская работа… и да, тенденция к стилю в ущерб содержанию здесь усилилась.

«Дарсификация» Хитклиффа — отсылка к знаменитой сцене из сериала BBC «Гордость и предубеждение» (1995), где мистер Дарси (Колин Фёрт) выходит из озера в мокрой белой рубашке. Эта сцена стала каноническим образом «романтического героя в мокрой рубашке» в британской поп-культуре.

Оуэн Купер — юный актёр из мини-сериала «Подростковый возраст» (Adolescence, 2025), который стал одним из самых обсуждаемых проектов Netflix. Этот факт подчёркивает стремление Феннелл к кастингу «модных» актёров.

Экранизация Андреа Арнольд (2011) — радикально отличалась от традиционных постановок: снятая ручной камерой, без музыкального сопровождения, с непрофессиональными актёрами и намеренно грубой эстетикой. Хитклиффа в ней играл темнокожий актёр, что было ближе к тексту Бронте, где герой описан как «тёмный, словно выходец из-за моря». Однако Феннелл «малодушно обходит стороной вопрос смуглой кожи Хитклиффа».

Софи Томпсон — британская характерная актриса (сестра Эммы Томпсон), известная ролями робких, нелепых персонажей. Сравнение Элисон Оливер с ней — намёк на определённую комическую манерность в исполнении роли Изабеллы.

Баз Лурман — австралийский режиссёр, известный визуальной экстравагантностью и гиперстилизацией («Мулен Руж!», «Великий Гэтсби», «Элвис»). Сравнение с ним в данном контексте — не комплимент: подразумевается перегруженность формой при нехватке эмоциональной глубины.