Как ядерный бункер стал самой востребованной недвижимостью на ТВ

Пока техно-бро инвестируют в гигантские подземные особняки, чтобы укрыться от грядущих катастроф, целая плеяда сериалов — от «Рая» до «Укрытия» — задается вопросом: может, они знают что-то, чего не знаем мы?

У Сэма Альтмана он есть. Хотя у Марка Цукерберга, судя по всему, он побольше. Бункер Питера Тиля и вовсе описывают как «мега-сооружение», затерянное где-то в Новой Зеландии. В наши дни бункер Судного дня (или, как в случае с Илоном Маском, «апокалиптический курорт») — это правило хорошего тона для любого уважающего себя миллиардера. И этого факта вполне достаточно, чтобы задуматься: а не знают ли они чего-то такого, о чем мы даже не догадываемся?

Целая череда недавних телепремьер доказывает: эта впечатляющая подземная недвижимость нас завораживает. Самым дерзким проектом выглядит сериал «Рай» (Paradise) на Disney+, где техно-миллиардерша Саманта Редмонд (Джулианна Николсон) финансирует невероятно сложный строительный проект под весьма недвусмысленным кодовым названием «Версаль». В отличие от Энди Ронсона в исполнении Клайва Оуэна (сериал «Убийство на краю света»), этой даме — помеси «гёрл-босса» и типичного айтишника — недостаточно спасти лишь горстку избранных. Редмонд пошла дальше, построив «крупнейший в мире подземный город» — суррогат типичного американского пригорода, способный вместить 25 000 человек, пока над их головами разворачивается климатическая катастрофа.

Эта подделка в духе «Шоу Трумана» — в комплекте с робо-утками и гигантской лампочкой, подвешенной в небе вместо солнца, — выглядит настолько убедительно, что зрители до самых последних минут пилотного эпизода не могут понять, где происходит действие и что за сериал они вообще смотрят.

И зрители были не единственными, кто попался на эту дерзкую обманку.

— Я вообще этого не ожидала! — со смехом вспоминает Крис Маршалл, играющая агента секретной службы Николь Робинсон. — Читая сценарий, я думала: «Так, 63-я страница… 64-я… 65-я?!!! Да ладно!». Это был полнейший шок.

Теперь, когда «Рай» возвращается со вторым сезоном, он припас в рукаве еще более тонкий сюжетный поворот. Ядерные боеголовки, которые, как считалось, взорвались на поверхности, так и не сработали. А мир за пределами бункера оказался куда сложнее, чем та постапокалиптическая пустошь, которую рисовали в своем воображении выжившие под землей.

— Одна из главных прелестей нашего шоу — отсутствие этой тотально антиутопической установки, что «конец света — это худшее из времен», — говорит Маршалл. — Мы наблюдаем за тем, что происходит, когда люди повержены, но не сломлены, и как их жизнестойкость помогает им выжить.

По крайней мере, на первый взгляд — и простите за каламбур, на поверхности — этот ход противопоставляет «Рай» другому сверхпопулярному бункерному хиту, сериалу «Фоллаут» (Fallout). В этой экранизации культовой серии видеоигр пресная корпоративная элита выживает в стерильных убежищах с эстетикой 1950-х годов. Тем временем мир наверху превратился в «Пустошь» — цирк ужасов, населенный жуткими мутировавшими монстрами и еще более странными постапокалиптическими людьми. От воинов-монахов Братства Стали в механической броне до косплееров римских легионеров из Легиона Цезаря, которые выглядят так, словно забрели в Купол Грома из «Безумного Макса» прямиком со съемок исторического пеплума.

Самый захватывающий персонаж сериала — Гуль (Уолтон Гоггинс). Он существует по обе стороны апокалиптического водораздела: мы видим его как до ядерного Армагеддона (в роли голливудского актера с «коммунистическим душком» Купера Говарда), так и 200 лет спустя — в образе безносого стрелка-мертвеца, сидящего на препаратах, чтобы окончательно не «одичать».

Сколько человечности осталось в Гуле — вопрос открытый, но даже более обычным выжившим в Fallout в конце концов приходится выйти из бункера. И в этом процессе они неизбежно меняются — как сказочные герои, которые находят свое истинное «я» только после того, как заблудятся в темном лесу. Именно в Пустоши открываются глубинные истины, а мудрость, передаваемая поколением «бункерных бумеров» (идеально воплощенным в образе менеджера среднего звена Хэнка Маклина, которого играет Кайл Маклахлен), оказывается лишь паутиной лжи и коррупции.

— В таких историях всегда наступает момент, когда выясняется, что сам факт существования бункера построен на обмане, — отмечает Дэвид Пайк, автор книги «После конца: культура холодной войны и апокалиптическое воображение». — Это иллюзия, которая даже не дает того, что обещала. Думаю, отчасти это связано с нашим опытом пандемии, когда мы осознали, насколько невыносимо на самом деле сидеть взаперти.

Пайк прослеживает корни нынешней волны бункерных сюжетов вплоть до романа Айн Рэнд «Атлант расправил плечи», где фигурирует элитное поселение в горах Колорадо — там же, где находится «Версаль» из сериала «Рай».

— Все эти выдумки о миллиардерах, строящих супер-убежища для тщательно отобранной группы людей, — типичные правые фантазии, — считает Пайк. — Все, кто остался за дверью бункера, превращаются в эдаких неоварваров, в орды, которые сотворят ужасные вещи, если мы впустим их внутрь. По сути, это то же самое видение мира и границ, которого сейчас придерживается большая часть Глобального Севера.

Однако в этих сериалах самая смертоносная угроза неизменно исходит изнутри самого бункера — иногда даже изнутри идеальной «нуклеарной» (и в прямом, и в переносном смысле) семьи, лежащей в его основе. Хэнк Маклин из Fallout, который, как выясняется, сам спровоцировал ядерный взрыв, — отец жизнерадостной главной героини Люси. Самый пугающий персонаж «Рая» — не жестокий обитатель постапокалиптического мира сверху, а Редмонд, безжалостная миллиардерша, стоящая за проектом бункера. С помощью своего личного ручного социопата Джейн (ее пугающе играет Николь Брайдон Блум), Редмонд плетет интриги и идет по трупам внутри своего «Рая», как настоящий подземный Фрэнк Андервуд.

В нашем собственном (пока еще не совсем постапокалиптическом) мире Блум замужем за Джастином Теру, который играет владельца казино в стиле Говарда Хьюза, ответственного за ядерную зиму в Fallout.

— Я не смотрела сериал, пока он не получил эту роль, — признается актриса. — Это не совсем мой любимый жанр. Но теперь я одержима. Это невероятно и по-своему жутко. Но что меня по-настоящему зацепило в «Рае», так это то, что подобное может произойти уже через два года. Да хоть завтра.

Действие «Рая» разворачивается в самом ближайшем будущем, поэтому он ощущается очень современным, и дело не только в экологическом подтексте. Ключевой элемент сюжета первого сезона вращался вокруг того, кто играл на приставке Nintendo. В то время как Fallout, несмотря на эстетику 50-х, — это бескомпромиссная научная фантастика, действие которой в основном происходит через добрые двести пятьдесят лет.

Тем временем сериал Apple TV+ «Укрытие» (Silo) исследует общество, которое находилось взаперти так долго, что потеряло связь с собственной историей. Благодаря откровенно оруэлловской цензуре со стороны зловещего IT-отдела, большинство из 10 000 обитателей этого бункера вообще ничего не знают о катастрофе, которая когда-то загнала их предков под землю.

Для Хью Хауи, автора серии книг «Бункер», по которой снят сериал, это идеальная площадка для исследования политических вопросов. «На самом деле эта история — о напряжении между нашим желанием быть свободными и необходимостью подчиняться правилам, — рассказывает он мне, — а также о свободах, которыми мы готовы пожертвовать ради жизни в обществе».

В отличие от разросшихся вширь бункеров Fallout, вертикальное устройство Укрытия (где элиты занимают верхние уровни, а рабочие ютятся внизу) делает дисбаланс власти особенно очевидным. Самая культовая деталь сериала — гигантская винтовая лестница. (Видимо, к 25-му веку лифты вышли из моды). Когда персонажам нужно подняться на верхние этажи, им приходится тащить себя по тысячам тяжелых бетонных ступеней.

— Мы вдохновлялись бруталистскими жилыми комплексами, — вспоминает художник-постановщик Гэвин Боке. — В ранних советских городах люди порой были отрезаны от остального мира, но у них все равно были свои рестораны, бары и прочее, и они даже не подозревали, что может быть по-другому.

Изначально надеясь на натурные съемки, Боке посетил знаменитые здания в стиле брутализма в Лондоне (включая Национальный театр и Барбикан-центр, который, к слову, послужил декорациями для криминального мира Корусанта в сериале «Андор»), и даже съездил в заброшенный жилой квартал в Южной Африке.

— Мы осмотрели множество локаций, — рассказывает он, — но ни одна из них не подходила идеально. В итоге нам пришлось строить всё самим. Конечно, мы не возвели бункер высотой в милю, но 14-метровую декорацию построили.

Найти павильон, способный вместить такую масштабную конструкцию, оказалось непросто. В конце концов Боке остановил свой выбор на бывшем заводе промышленных холодильников в Ходдесдоне. «Это было во время ковидных локдаунов, — вспоминает он. — Мы носили маски, тестировались каждое утро, и около года были изолированы в этом гигантском темном пространстве. Думаю, на подсознательном уровне это нам помогло — мы действительно чувствовали, что живем под землей».

Когда строительство лестницы было в самом разгаре, на площадку пригласили автора книг Хью Хауи. «Он расплакался, — вспоминает Боке. — Он физически поднимался по ступеням, которые придумал в своей голове много лет назад».

— Это было ошеломляюще, — признается Хауи. — Они построили три этажа Укрытия в натуральную величину, настолько прочные, что они могли выдержать сотни актеров одновременно. Переход от статуса писателя-одиночки, выдумывающего что-то у себя в голове, к моменту, когда целая команда людей работает вместе, чтобы воплотить это в реальность — одно из самых эмоциональных переживаний в моей жизни.

Но каким бы впечатляющим ни были декорации «Укрытия», они вряд ли вызвали бы зависть у актерского состава «Рая». Свои «подземные» сцены они снимают на открытой площадке киностудии Paramount, под лучами палящего калифорнийского солнца.

— Скажу честно, наш бункер мне нравится гораздо больше! — смеется Крис Маршалл. — У нас тут гламурный бункер. А их убежище выглядит так, будто оно находится в одном шаге от ада.

Что ж, предоставьте это миллиардерам — уж они-то знают, как сделать выживание в апокалипсисе стильным.

Примечания:

1. Silo / «Укрытие» / «Бункер» — в русском переводе серия романов Хью Хауи известна как «Бункер» (оригинальное название Silo буквально означает «силосная башня» или «шахта» — вертикальная цилиндрическая структура). Сериал на Apple TV+ в русскоязычном пространстве также известен как «Бункер».
2. Фрэнк Андервуд — главный герой сериала «Карточный домик» (House of Cards) в исполнении Кевина Спейси, беспринципный и хладнокровный политик, прокладывающий себе путь к власти через интриги и убийства. Сравнение с ним характеризует Саманту Редмонд как макиавеллиевского манипулятора.
3. Говард Хьюз (1905–1976) — американский авиатор, кинопродюсер, промышленник и миллиардер-эксцентрик, ставший символом безграничного богатства и паранойи. Его образ многократно воплощался в кино (наиболее известно — Леонардо Ди Каприо в «Авиаторе» Скорсезе).
4. Айн Рэнд и «Атлант расправил плечи» (Atlas Shrugged, 1957) — философский роман, ставший библией либертарианства и объективизма. Укрытие «Ущелье Голта» в романе — утопия для талантливых предпринимателей, удалившихся от паразитирующего общества. Параллель с бункерами технологических миллиардеров подчёркивает идеологическую подоплёку «выживальческого» движения.
5. «Ядерная» семья — игра слов: nuclear — «ядерная семья» (nuclear family) — социологический термин для семьи, состоящей из родителей и детей; одновременно — отсылка к ядерной угрозе, определяющей мир этих сериалов.
6. «Бункерные бумеры» (Bunker-Boomers) — авторский неологизм, обыгрывающий термин baby boomers (поколение послевоенного бума рождаемости) и слово bunker. Обозначает старшее поколение обитателей бункера, передающее младшим искажённую версию истории.
7. Бруталистская архитектура — направление в архитектуре середины XX века, отличающееся массивными бетонными формами и утилитарной эстетикой. Барбикан-центр и Национальный театр в Лондоне — классические примеры. Примечательно, что Барбикан действительно использовался как локация для подземного мира Корусанта в сериале «Андор» (вселенная «Звёздных войн»).
8. Ходдесдон — город в графстве Хартфордшир, к северу от Лондона. Использование бывшего холодильного завода для съёмок перекликается с темой изоляции и замкнутости, центральной для сериала.
9. Пеплум (от лат. peplum) — жанр исторического кино, посвящённый Древнему Риму и античности. В английском языке «swords-and-sandals epic» — «эпос мечей и сандалий», разговорное название жанра.
10. Громовой Купол (Thunderdome)— арена из фильма «Безумный Макс 3: Под куполом грома» (1985), ставшая нарицательным обозначением жестокого состязания на выживание.