Потрясение «Сандэнса» — история исчезновения, ставшая пронзительным исследованием любви и утраты

Завораживающая документальная лента «Closure» («Завершение») Михала Марчака следует за отцом, одержимым поисками пропавшего сына, и показывает мучительный процесс эмоционального переосмысления, который следует за трагедией.

Режиссер Михал Марчак отводит своему документальному фильму «Closure» («Завершение») особое место в мире неигрового кино. Картина выстроена как атмосферный детектив о подростке, который однажды исчезает, и его отце, ведущем неустанные поиски. Но по мере развития сюжета лента искусно трансформируется в драму, пытающуюся ответить на главные вопросы жизни: о семейных узах и любви. Это может звучать высокопарно, но именно такой высоты достигает это мощное гуманистическое кино. Благодаря выдающемуся главному герою и неотложному поиску, который является ночным кошмаром любого родителя, фильм смотрится как триллер, но при этом умудряется дарить честные и пронзительные эмоции практически в каждой сцене.

«Closure» начинается с тревожной сцены на реке Висла в Варшаве. Мужчина сбрасывает с моста манекен, а затем камера движется вдоль тяжелых потоков бурой воды, пока тот же мужчина пытается найти тело. Это Даниэль. Он реконструирует сценарий, в котором его 16-летний сын Крис бросился в реку. Он ищет его, надеясь, что, воссоздав этот прыжок — событие, в котором он даже не уверен, — сможет найти ответы.

Крис исчез рано утром. Камеры видеонаблюдения зафиксировали, как он дошел до моста. На этом след обрывается. Прыгнул ли он, покончив с собой? Или развернулся и ушел прочь от моста? Месяцами Даниэль и его жена Агнешка живут в мучительной неизвестности, надеясь, что Крис все еще жив и однажды вернется. В то же время Даниэль берет дело в свои руки и начинает прочесывать реку в поисках тела сына. Хотя делом занимается полиция, а сообщения в местных СМИ привлекли к поискам множество добровольцев, для Даниэля это упорное преследование становится страстной одержимостью, которой он посвящает большую часть своего времени.

В лице Даниэля Марчак нашел абсолютно завораживающего героя. Подобно великим шекспировским персонажам, он преследуем призраками прошлого, пытаясь совершить почти невозможное в настоящем. Он постоянно задает себе вопросы, перебирая в памяти малейшие детали: что могло заставить Криса уйти? Что он, как отец, мог упустить? Марчак, который сам снимал этот фильм, держит камеру вплотную к лицу Даниэля, позволяя зрителю видеть каждый проблеск эмоции, каждый знак надежды. Марчак запечатлевает Даниэля в моменты тихого отчаяния вместе с женой Агнешкой: родители не могут заставить себя принять мысль, что Крис может никогда не вернуться. И все же Агнешка мечтает о конце — каким бы он ни был. В этом пограничном состоянии Марчак представляет аудитории целостную историю семьи, охваченной смятением, и человека, раздираемого противоречиями. Его пытливая, чувствительная камера делает эту историю физически осязаемой. И пока цикл надежды и отчаяния повторяется вновь и вновь, а многообещающие зацепки ведут в тупик, зритель вместе с родителями погружается в этот кошмар.

Пожалуй, самым проницательным и захватывающим моментом является то, как тонко и изобретательно Марчак вводит в фильм самого себя. Мы никогда не видим его в кадре, но слышим его голос, побуждающий Даниэля раскрыться и говорить о своих чувствах. Именно в этих сценах, полных сострадания, «Closure» обретает крылья и приближается к тому, что вынесено в заглавие. Или подходит к этому настолько близко, насколько позволяют обстоятельства. Даниэль пытается осмыслить потерю Криса, и в этих разговорах он открывается Марчаку — а значит, и всем нам — рассказывая о том, что он понял и что это будет значить для его жизни с Агнешкой и вторым сыном, Патриком. Он приходит к щемящему осознанию: возможно, смысл жизни в том, чтобы люди помогали друг другу — так, как он не смог помочь Крису. Этот эмоциональный катарсис дополняется захватывающей операторской работой Марчака. Он играет со светом и кадром, передавая меланхоличное настроение. Камера блуждает, следуя за Даниэлем в реку, под толщу плотной безжалостной воды, на дорогу и в окружающий лес, пока поиски продолжаются.

«Closure» никогда не притворяется фильмом о разгадке тайны исчезновения сына — вместо этого он размышляет о невыносимом бремени отсутствия ответов. Марчак отказывается от простых решений или сюжетного облегчения, и именно эта сдержанность делает фильм столь опустошающе честным. И все же каким-то образом к финалу Даниэль, его семья и зрители приходят к завершенной и трогательной истории.

Примечания:

Режиссер Михал Марчак (Michał Marczak)
Польский режиссер, известный своим уникальным стилем, который размывает границы между документальным и художественным кино. Его предыдущий хит «Все эти бессонные ночи» (All These Sleepless Nights) также был отмечен на фестивале «Сандэнс». Он часто использует постановочные приемы и красивую, «киношную» съемку в реальных ситуациях, что делает его документалки похожими на игровое кино.

Фестиваль «Сандэнс» (Sundance)
Крупнейший фестиваль независимого кино в США. Фильмы, которые называют «Sundance Stunner» (хит/потрясение Сандэнса), обычно отличаются глубоким психологизмом, отсутствием голливудских клише и сильным авторским стилем.

Висла
Для польской культуры и Варшавы это не просто река, а мощный, иногда мрачный символ, разделяющий город.