«Чудо-человек» — шоу Marvel почти без супергеройского экшена… и от этого оно только выигрывает

Эта жемчужина среди сериалов, рассказывающая об актере со сверхспособностями — умный и трогательный взгляд на мужскую дружбу и киноиндустрию. Это триумф сторителлинга и настоящий актерский мастер-класс.

Мы снова в кинематографической вселенной Marvel (MCU). Если вы уже чувствуете, как на вас накатывает усталость, гоните ее прочь! Всё будет хорошо. Несмотря на то что «Чудо-человек» — это (по моим, пусть и с трудом верится, подсчетам) уже тридцатый сериал, выпущенный Marvel Television и партнерами — от головокружительных высот «Ванда/Вижн» до… ну, скажем, «Женщины-Халка», — он представляет собой настоящую маленькую жемчужину.

И по меркам MCU она действительно маленькая. Восемь эпизодов длятся всего по полчаса, и, более того, создатели отказываются от зрелищности в пользу повествования. Идея радикальная, но кто знает, вдруг она приживется?

Сюжет таков: Саймон Уильямс (Яхья Абдул-Матин II, сыгравший персонажа DC Comics Черную Манту в фильмах об Аквамене) — актер, который последнее десятилетие пытается пробиться в Лос-Анджелесе. Увы, неспособность перестать «передумывать» роль делает его сущим наказанием на съемочной площадке, из-за чего его увольняют, даже когда ему удается получить работу. Но он всю жизнь любил персонажа Чудо-человека, и когда появляется шанс пройти прослушивание на роль в супергеройском фильме о нем, Саймон хватается за эту возможность. Там он заводит дружбу с Тревором Слэттери (Бен Кингсли, играющий Тревора в разных фильмах MCU — вышедшего в тираж, одурманенного наркотиками актера, которого злодей из «Железного человека 3» нанял играть роль Мандарина, лидера террористов «Десять колец» — постарайтесь не запутаться).

Всегда будьте осторожны, заводя дружбу с актером. Тревор оказывается пешкой в руках Департамента по контролю последствий (DODC) — теневой правительственной организации, призванной защищать общественность от сверхъестественных угроз. У них есть современная тюрьма, которую нужно заполнить, пока им не урезали бюджет. И DODC следит за нашим героем Саймоном с тех пор, как в 13 лет он вышел невредимым из пожара, в котором должен был погибнуть. Мы понимаем, что к этой роли его тянет не только любовь к низкопробным фильмам о Чудо-человеке, которые он смотрел в детстве с отцом. Не подозревая о существовании DODC, Саймон скрывает свои силы, потому что в этом Голливуде людям с подобными способностями запрещено работать после катастрофы на съемочной площадке (этому событию посвящена целая серия примерно в середине сезона — сделанная прекрасно, хоть и сбивающая общий темп).

Однако самая соль сериала вовсе не в супергеройских подвигах, скрытых или явных. Она заключается в двух вещах. Во-первых, в тщательном и трогательном исследовании растущей дружбы между мужчинами. Позиция Тревора как наставника становится все более реальной. С отголосками совета Лоуренса Оливье, данного Дастину Хоффману (стороннику системы Станиславского, изнурявшему себя на съемках «Марафонца»): «Мой дорогой мальчик, а вы не пробовали просто играть?», и совета Ноэла Кауарда всем актерам («Говори громче и не натыкайся на мебель»), Тревор учит менее опытного коллегу перестать мешать самому себе, тем самым улучшая его карьеру, а в конечном итоге — и жизнь.

Во-вторых, мы получаем размышление о киноиндустрии и настоящий мастер-класс — даже несколько — по актерскому мастерству. Нет, я тоже не думал, что напишу такое предложение о запылившемся объекте интеллектуальной собственности Marvel. Но какая же радость это делать! Мы следим за тем, как Саймон записывает самопробы, рассуждает о выборе характера персонажа, ищет разные подходы, истории и интонации, и наблюдаем, как он (и Абдул-Матин) собирает всё это воедино. А Тревор (и Кингсли) дает советы по альтернативным техникам, обсуждает варианты, показывает, как важен партнер, подающий реплики за кадром, и демонстрирует разницу, которую дает жизнь, полная погружения как в театральную сцену, так и в киноэкран. В какой-то момент персонажи-актеры просто сидят и обмениваются любимыми монологами — от Шекспира до Сальери из «Амадея», — и границы между ними, между персонажами-актерами, самими актерами и нами начинают размываться. Это самая наглядная демонстрация искусства и его силы, какую только можно найти.

Те, кто ждет больше супергеройской темы, будут разочарованы «Чудо-человеком». Есть моменты, когда мы видим, как в Саймоне бурлит сила, и редкие сцены, где она вырывается наружу. Но сила этого шоу — в изображении отношений между главными героями, в исследовании влияния искусства и того, как оно развращается. Простите за каламбур, но это довольно умная, нежная и во всех смыслах чудесная вещь.